Я вскочила. Нужно перерыть всё, найти свидетельство о рождении и немедленно нестись в паспортный стол!
В неистовых поисках свидетельства я принялась резко вытаскивать все попадающиеся под руку ящики и полки. Сначала полезла в дяди Петино бюро. Переворошив его, метнулась к шкафу, и на пол посыпались груды одежды… Безрезультатно. Кинулась к прикроватной тумбочке и вытряхнула её скудное содержимое… Я уже кляла всё на свете, вытаскивая застрявшую в пазах полку нижнего ящика письменного стола, когда она вдруг с силой выскочила мне на колени, и из её глубины выпрыгнула красная папка.
Та самая.
Из Отреченска, с улицы Зелёной.
Значит, её снова вернули мне. Передали Алине или Неде. Но зачем?..
С трепетом я, наконец-то, раскрыла папку и увидела то, что так давно хотела.
Да, вот здесь всё – листы биографии, фото…
Сердце застучало неровно и глухо.
Персону, о которой был собран материал, я хорошо знала. И лицо, запечатлённое на фотографии, кольнуло знакомым выражением. Да даже и прочитанное уже нисколько не удивило.
«Максим Долгополов, 26 лет. Мелкий мошенник. Две судимости – срок два года, срок полтора года в колонии общего режима… Был женат…»
Стало холодно и муторно. Я смотрела в глаза самодовольно улыбавшемуся Максу, понимая, что мир именно таков, как я полагала, – лжив, безжалостен и жесток…
Мошенник и аферист… Семь жертв обмана, кражи, две судимости.
Все мои иллюзии были разбиты.
Но, пожалуй, это случилось намного раньше, просто сейчас я получила подтверждение своим подозрениям.
Я захлопнула папку, и взору открылось то, что шокировало меня по-настоящему.
На приклеенной на обложку бумажке в графе «заказчик» вместо ожидаемого имени «Константин Зимин» стояло совсем другое имя.
Наверху, в левом верхнем углу, чёткой Настиной рукой было выведено:
«Заказчик: Бельских Р.Р.»
Я растерянно захлопала глазами.
Это была не та папка, которую я отвозила дедушке Лены, а совершенно другая!
И знакомая чёрная жуть поползла по пищеводу к пупку.
Значит, Бельских Роман Ростиславович, Эйнштейн, похожий на кудрявую невинную овечку, собирал сведения о Максе!
Но откуда эта папка здесь, в доме тёти Маши и дяди Пети?!
Отбросив папку в угол, как ядовитую гадюку, я медленно собрала разбросанные вещи, положила всё на место и прошла в свою бывшую комнату. Там, свернувшись калачиком, легла на кровать. Сил больше не осталось.
Под звук дрожащих от ветра стёкол я пролежала в каком-то полузабытьи около часа – часы на стене как раз начали бить десять, когда в их мерное звучание встрял пронзительный звонок в дверь.
Приподнявшись на кровати, я пригладила растрепавшиеся волосы, сунула ноги в тапочки и, стараясь не шуметь, тихонько вышла из комнаты и двинулась в коридор.