— Оле-е-ег, — застонала я, отстраняясь. Прекрасно понимала, что если он сейчас не остановится, я окончательно потеряю голову, и мы снова займемся сексом. А я хотела говорить. Раз у ж у него сегодня хорошее настроение…
— Ну что? — Взгляд его горел желанием. — Сама же первая начала.
— Это правда, что ты мне сказал? — со всей серьезностью спросила я.
— Что именно?
— Что я тебе понравилась еще на чемпионате России.
— Правда, — кивнул он. — И что ты дурная, — тоже правда.
— Ты всегда так! — Я попыталась обидеться и сползти с него, но он не дал мне сделать ни первого, ни второго. Снова коснулся губами моих губ и выдохнул:
— Ты красивая очень, Яна. Яркая, самобытная. И катание у тебя такое же. Тебе многого не хватает для того, чтобы стать лидером, но мы поработаем над каждым аспектом и, обещаю тебе, ты выиграешь этот чемпионат России.
— Ого, заявочки. — Я ткнулась ему носом в грудь и прикрыла глаза. — Зачем ты заставил меня быть с тобой, Олег? — тихо выговорила я, опять же не надеясь на ответ.
— Ян, это не так просто объяснить.
— А ты попробуй, я не настолько тупая.
— Я хотел, чтобы ты была со мной.
— Зачем?
— Потому что хочу тебя. Хочу так, как ни одну женщину до тебя не хотел. — Он снова погладил мои ягодицы, нежно, практически невесомо, а после продолжил: — Это сложно понять.
Я промолчала. Внутри меня разлилось тепло. Его слов мне было достаточно. Он хотел меня, именно меня, и все, что он делал, было для того, чтобы я оказалась здесь и сейчас рядом с ним. И если в данный момент, лежа на его груди, я испытываю спокойствие и удовлетворение, значит, все, что было, все, через что мне пришлось пройти, — было не зря? Не зря.
— Прости меня, Олег, за то, что вставила четверной в программу. Я понимаю, что это могло привести к плохим последствиям.
— Это могло привести к травме, Яна. Называй вещи своими именами. Травма, пропуск серии Гран-при, а может, и чемпионата. Больше так не делай.
— Не буду, — я потерлась щекой о его грудь, затем коснулась губами.
Что было бы со мной, если бы не Олег? Об этом я понятия не имела. Кто выгнал меня из общаги, кто попросил Лапышеву не брать меня обратно, кто вынудил меня оказаться в этой постели? Сам ли Коршунов? Или это лишь стечение обстоятельств?
— А другие вопросы? — спросила я снова. — Что в закрытой комнате? Страшные секреты? — улыбнулась я.
— А вот это тебя не касается, — мигом посерьёзнев, ответил Олег.
Я снова подняла голову, нашла его взгляд и поняла, что и правда не стоит. Но интерес мой не унялся, напротив, стало ещё любопытнее, что он скрывает.