— Входите, входите, звезда нашей губернии! Не звезда? Ну это я в поэтическом смысле, не в журналистском. Имел счастье видеть вас однажды на приёме у нашего губернатора, там вы сияли как настоящая звезда, в астрономическом смысле. Позвольте представиться — Смирнов, Николай Иванович. Располагайтесь вот в этом кресле, оно у нас самое удобное. Чай, кофе?
Филис присела в указанное ей удобное кресло, приняв положенную благородной девушке позу тела, ног и рук, поймав нечаянное мимолётное восхищение хозяина кабинета. А может, вовсе и не нечаянное. Может, это он хочет, чтобы она думала, что нечаянное, чтобы и правда поверила, что она тут звезда и охотнее захотела бы общаться — с этих работников тайной службы станется и такие трюки практиковать.
В любом случае лицо её, как полагается, выражало вежливое внимание и больше ничего.
— Радости знакомства с вами, госпожа Филис Дариановна… или вы подскажете более приятное либо привычное для вас обращение?
— Более привычно мне было бы слышать "леди Кадней", или просто "леди", но "Филис Дариановна" тоже подойдёт.
— А просто "госпожа"?
— Нет, это обращение для… впрочем, неважно.
— О, прошу вас, леди Кадней, договорить свою мысль, мне чрезвычайно интересно!
— "Госпожа" — это уважительное обращение к простолюдинке. Не к аристократке, — вздохнула Филис.
— А вы — аристократка, — спросил Смирнов с утвердительной интонацией.
Филис медленно кивнула. Она уже начала догадываться, что скрыть ей в этом кабинете не удастся ничего. Не с её нулевым опытом в таких беседах, да ещё с настоящим монстром тайной службы, каковым, разумеется, и являлся этот Николай Иванович.
— Знаете, чем вы меня поразили, тогда, на празднике у губернатора? Поклоном. Таким изящным реверансом. Я, признаюсь, даже разные видео потом пересмотрел с этим поклоном. Подруг ваших бывших и знакомых расспросили — никто не замечал за вами интереса к таким поклонам, их практики или репетиций. Где вы им обучились?
— Дома. Моя родная матушка научила меня.
— Ваша мать, родившаяся и выросшая в селе Жилкино, окончившая техникум, а потом заочный институт по специальности инженера железобетонных конструкций?
Филис промолчала.
— Ладно, оставим пока что… — легко согласился Смирнов, — Спрошу вас о главном. Леди Кадней, будьте так любезны, расскажите об этом.
Николай Иванович протянул Филис листы, где были распечатаны копии писем её и Жаргала друг к другу.
— Что это за символы? На каком языке это написано? И что именно?
— Знаете, господин Смирнов, — грустно улыбнулась Филис, непроизвольно поглаживая рукой строчки Жаргала с приглашением потанцевать для него, — от искреннего и полного рассказа о себе меня удерживало опасение, что меня сочтут или душевнобольной, или самозванкой. В первом случае мне, возможно, грозит быть запертой в психиатрический клинике, а во втором… то, что полагается по российским законам тому, кто выдаёт себя за другого человека.