В ближайших к адмиралу креслах в одинаково напряжённых позах сидели генерал Дрангол и старший Руэндир. Оба держали в руках бокалы, и оба не пригубили.
Чуть в стороне на диванчике со скучающим видом разглядывал свои ногти муж Алны. На противоположной стороне диванчика в одеянии священника Небесного сидел средний из Руэндиров.
— Тонко играет, мерзавец! — первым нарушил молчание старший Руэндир.
— Выглядит совершенно счастливой, — убитым голосом повторил старший Кьерин уже в третий раз ту мысль, которая ввергла его в особое уныние.
Дело, конечно, было не в том, что он мечтал увидеть дочь несчастной; дело в том, что подтвердились их худшие опасения: Грэхард задурил Эсне голову из намерения манипулировать родом Кьеринов и обезглавить тем оппозицию.
— Женщины! — раздражённо отозвался от окна Эвард. — Как же легко им кружат головы!
Присутствующие солидарно промолчали, чувствуя глубокое единство взглядов по этому вопросу.
— Да что мы как на похоронах! — наконец, попытался вернуться к конструктиву генерал. — Наша задача лишь немного усложняется. Нам просто нужно придумать, как в нужный момент вывести солнечную из Цитадели.
— А что тут думать? — отозвался с диванчика средний Руэндир. — Выкрасть её во время любого обряда — дело не то чтобы плёвое, но решаемое.
Услышав это предложение, все оживились.
Старший Кьерин с надеждой поглядел на генерала:
— Ты ведь можешь напроситься охранять их...
Генерал поморщился:
— Ты предлагаешь мне злоупотребить...
Старший Руэндир дёрнулся так резко, что расплескал коньяк в своём бокале:
— Скала, тебе давно пора выбрать, либо мы, либо эта баба!
Генерал стремительно побледнел и сжал свой бокал так, что тот треснул и поранил его. Но он словно не заметил боли, продолжая сверлить друга тяжёлым взглядом.
— Да просто выкрадем их всех! — внёс предложение старший Кьерин, возводя глаза к потолку.
— Вот, — указал на него пальцем старший Руэндир, подхватывая мысль. — Гром прав. Просто выкрадем их всех, скала. И будет тебе, наконец, счастье.
Генерал слабо улыбнулся, заметно поостыв.
— Я подумаю, — пообещал он.
От окна обернулся младший Кьерин:
— В любом случае, мы делим шкуру неубитого медведя. У нас не хватает сил.
— Время играет против нас, — мрачным хором отозвались адмирал и два его друга.
— Чем дольше Эсна у него, — расшифровал мысль старший Кьерин, — тем больше он задурит ей голову, и тем больше у нас шансов в случае успеха получить в её лице нового врага, если не мстительницу.
Семейная традиция беспощадно мстить у Кьеринов наследовалась и женщинами.
Младший помрачнел. Думать о том, что сестра влюбится в их врага и не останется равнодушна к его смерти, было мучительно.