Яре велели выйти в последнюю очередь. И вот будь Гламуа умным, ему хватило бы одного взгляда на девушку с чёрными, словно ночь, волосами, чтобы оценить опасность и благоразумно начать уже, наконец, лекцию.
Но нет.
Он совершенно не волновался.
А вынужденная стоять перед откровенно ржущими адептами и выслушивать ехидные замечания профессора, Яромира сжимала зубы и думала о том, что убийство — в принципе не так уж и плохо. В конце концов, у неё нестабильный источник, все вокруг так говорят, а нестабильные вещи, как известно, иногда могут совершать непредвиденные опасные действия.
Она хотела его убить.
Я видела это по пристальному оценивающему взгляду, по тонкой улыбке, скользящей по её губам, по предвкушению на лице.
Я видела, что она хочет этого.
Хочет спустить свою магию с поводка. Хочет почувствовать её пульсацию в ладонях. Хочет увидеть, на что она способна.
И Лили, она тоже ощутила это, и прижала ладони к губам, сдерживая рвущийся из неё крик ужаса.
Именно это движение привлекло внимание готовой нанести удар Яромиры.
Подруга повернула голову, отыскала Лили… замерла. Оценила её бледное лицо, застывший в глазах вместе со слезами ужас, прижатые ко рту ладони.
Дёрнувшись, Яра посмотрела на меня, а я, обрадовавшись осознанию в её взгляде, едва заметно отрицательно покачала головой.
И Яромира вникла нашей немой мольбе. Стиснув зубы, вернула своё внимание измывающемуся профессору и просто заставила себя стоять до конца.
А потом, вернувшись на своё место рядом с Лили, протянула руку под столом, так, чтобы никто не видел, и сжала ладонь подруги.
Мне, сидящей позади них, оставалось оказать Яре только лишь мысленную поддержку.
* * *
В середине дня, когда у нас полным ходом шли занятия по фехтованию, Яра не выдержала и разнесла к чертям весь полигон. Разумеется, это вышло у неё совершенно случайно, просто серьёзно довели уже.
Её довели уже на первой лекции, последующие две не отличались уважительным отношением и отсутствием предосудительного поведения. Послеобеденное практическое занятие по Некромантии закончилось тем, что магистр вполне осознанно натравил на нас умертвие, от которого мы с визгом удирали под хохот одногруппников, а в конце ещё и выговор за неподобающее поведение получили.
И вот мы пришли на фехтование, а нас вначале бегать заставили, а потом вручили по ржавому тяжеленному мечу и сказали отражать атаки всё тех же одногруппников.
А они тут уже два месяца, кроме всего прочего, ещё и мужчины, и каждый из них умел хотя бы держать меч в руках… мы не умели. Мы вообще были уставшие, злые, грязные из-за постоянных падений на землю и местами изрядно порезанные.