Предиреченнаго же отрока не бе слухом слышати на много время. Божиимъ же промысломъ той отрокъ прииде на реку, зовомую Тферцу, от града Тфери пять на десять[591] поприщъ, на место боровое[592], и ту вселися на лесу, и хижу себе постави, и часовню на томъ месте, и назнаменова, где быти церкви во имя Пресвятыя Богородицы, честнаго и славнаго ея Рожества. И ту пребысть немногое время, и наидоша его ту близъ живущие людие, хождаху бо по лесу потребы ради своея, и вопрошаху его, глаголюще: «Откуду ты сюду пришелъ еси, и какъ тебя зовутъ, и кто тебе велелъ тутъ вселитися в нашемъ месте?» Отрок же имъ не отвеща ничтоже, но токмо имъ кланяшеся, и тако от него отъидоша восвояси. Он же ту мало пребысть и от того места отъиде, и хотяше отъитти от града подалее, понеже уведа от пришедшихъ к нему людей, яко близъ есть градъ. Божиимъ же изволениемъ прииде близъ града Тфери по той же реке Тферце на устье, и вышед на реку Волгу, и позна, яко град Тферь есть, ибо знаемъ ему бе, и возвратися в лесъ той, и избра себе место немного вдалее от Волги на Тферце и начатъ молитися Пресвятей Богородице, да явитъ ему про место сие. В нощи же той возляже опочинути и в сонъ тонокъ[593] сведенъ бысть, и видитъ на томъ месте аки поле чистое и великое зело и светъ великий, яко некую лучу Божественную сияющу. И воспрянувъ от сна, и мышляше в себе, да что сие будетъ знамение, и тако моляшеся Спасу и Пресвятей Владычице Богородице, да явитъ ему вещъ сию. В ту же нощъ паки[594] явися ему Пресвятая Богородица и повелеваетъ ему воздвигнути церковь во имя честнаго и славнаго ея Успения и указа ему место, и рече: «Хощетъ бо Богъ прославити сие место и роспространити его, и будетъ обитель велия; ты же иди с миромъ во градъ ко князю своему, и той помощник тебе будетъ во всемъ и прошение твое исполнитъ. Ты же, егда вся совершиши и монастырь сей исправиши, немногое время будеши ту жити и изыдеши от жития сего къ Богу». И тако воспрянувъ от сна своего, и велми ужасеся о видении томъ, и размышляше в себе, яко «аще отъиду от сего места, боюся явления сего и показания месту. Яко Господеви годно, тако и будетъ». И помысли в себе, глаголя: «Аще ли же поиду к великому князю и увещати меня станетъ, однако не хощу в доме его быти». Сие же ему мыслящу, абие[595] приидоша в той часъ во оный лесъ некия ради потребы мужие княжии зверей ради. Отрок же позна ихъ и прикрыся от нихъ, они же видевше крестъ и хижу и удивишася зело, и глаголаху другъ ко другу, яко есть человекъ тутъ живяй[596]. И тако начаша искати, и обретоша его, и познаша, яко «той есть отрок князя нашего». И пришедше к нему, и поклонишася ему, и возрадовашася о немъ радостию великою, той бо отрокъ по пустыни хождаше три лета и вящше