– Шоколадку, говоришь, не доела? – посмотрел многозначительно на Лику Кирсанов. – Очень интересно.
– Что интересного-то, когда человек помер! – пристыдила брата Татьяна. – Но мы офонарели, конечно, девчонку трясло кошмарно, она покойников боится, едва ее успокоили.
– Может, в номер зайдем? – тихим голосом предложила Лика, чувствуя себя Алисой в стране чудес, где ничему не стоит удивляться.
– Нет, я побегу к Кирке, – отказалась бойкая сестрица Кирсанова, – он меня в баре ждет. Я за свитером поднималась, там прохладно. И вы давайте к нам приходите. Ладно? Говорят, надо клин клином вышибать. Ты как насчет коньячка, Лика, повторим?!
С этим словами Татьяна умчалась, лучась жизнелюбием и задором, ей было не до того, чтобы объявлять траур по неизвестной горничной, ее муж в баре дожидался, и вообще жизнь была прекрасна и удивительна. А Лика привалилась к стене, координация движений совсем стала никудышней. Что это, совпадение с шоколадкой или все гораздо хуже? Она прямо явственно представила, как не успевает доесть подношение коварных данайцев, как падает замертво у себя в номере на пол. Наверное, работа мысли отразилась у нее на лице, потому что Кирсанов сказал.
– Я, конечно, не напрашиваюсь, но лучше мне зайти в номер первым.
– Знаешь, я не против, – согласилась струсившая Лика.
И протянула ему ключи. Кирсанов открыл дверь и шагнул в номер. Лика осторожно сунулась за ним. Прямо посреди ее комнаты в лужи крови лежал незнакомый мужчина, Лика по инерции сдала пару шагов вперед, разглядела в руке трупа свои трусики и грохнулась рядом. Наконец-то, ее психика сжалилась над ней и вырубила сознание, спасая от ужасных переживаний.
– Йок твою мать! – сквозь зубы, ругнулся Кирсанов, мгновенно понимая, что теперь общения с полицией им не избежать.
Он быстро закрыл дверь. Подхватил с пола бездыханную Лику, уложил ее на кровать, стараясь не следить. Нужно было привести ее в сознание, и он слегка похлопал ее по щекам. Лика застонала, но открывать глаза не спешила.
– Да, дела! – пробормотал Кирсанов. – Лика, очнись, нужно звонить в полицию.
Ситуация сильно усугубилась. Общение с полицией не несло ничего хорошего. Не то, чтобы он недолюбливал компетентные органы, но как-то старался держаться от них подальше. Он считал, что эти структуры, как незнакомую собаку, на улице лучше не затрагивать. Но тут, придется хлебнуть по полной. Шутка ли – убийство!
Денис приноровился отвесить еще пару пощечин, чтобы привести ее в чувство, но Лика со стоном открыла глаза, сфокусировалась на его лице и жалобно спросила: «Он там?»