Радовался или огорчился от новости Фарчиос, я не знала, Лена потом сама сказала ему. Вроде как вообще не отреагировал, по её словам. Так и стоял с застывшим лицом.
Именно середина беременности стала для меня тяжёлым испытанием. Вроде как и вначале всё было совсем не гладко, но сейчас от монотонности происходящего хотелось выть. Однако я твёрдо держала себя в руках, понимая, что если сойду с курса на спокойствие, уже на него не вернусь.
Так прошло ещё какое-то время, через которое я почувствовала первый неуверенный толчок внутри. Даже позволила себе немного всплакнуть в этот момент. Но потом снова собрала себя в железный кулак, и продолжила жить, как раньше.
Пока однажды ко мне в комнату не вошел Фарчиос и не сказал:
- Приветствую тебя, Майя. По приказу императора ты будешь отправлена на дальнюю планету до момента родов. После этого будет проведена процедура определения, от кого был заполнен твой носитель...
Я стояла, словно громом пораженная. Боялась, что это всё окажется га самом деле. Зажмурилась, желая только одного - проснуться и узнать, что все эти слова - лишь дурной сон.
Но ни Фарчиос, ни его готовность меня сопровождать на какую-то там планету, не испарились, когда я наконец-то открыла глаза.
- Это шутка? - всё же спросила.
Ну не могла я поверить, что такое возможно. Что такие мысли могут прийти в голову здравомыслящему человеку. Хотя... то ж человеку. А вокруг меня одни инопланетные жители, у которых, как говорится, свои тараканы в голове.
- Майя, по приказу императора ты должна покинуть Евгестору уже сегодня, - снова бесстрастно произнес начальник охраны.
Они что здесь, все разум потеряли? Я вообще не поняла, если честно, в чём меня обвиняют и почему отсылают.
- Фарчиос, если я спрошу "почему?", ты ответишь? - даже не надеялась, если честно.
- Императору доложили, что во время трёх звезд, когда было возможно заполнение твоего носителя, к тебе заходил не только правитель...
Мамочки... А кто же ещё?.. Они что, подумали, что я?..
И кто? Я совсем не пом...
Ах да, конечно! Тартон!..
Ну, теперь понятно. Семена упали на благодатную почву. Император и так ревновал меня к краснолицему, а тут такое...
- И не имея никаких доказательств, вы уже обвинили меня? - от обиды хотелось рвать и метать. И ещё плакать...
- В таком случае нельзя допустить ошибки. Если носитель заполнен не императором, тебе грозит смертная казнь. И даже новые правила тебе не помогут...
Слёзы всё-таки потекли по щекам. Горечь разлилась по венам, находя выход в этих солёных дорожках, которые я почти не замечала.