Я молча слушала. Миролава рисовала образ этакой жертвы обстоятельств. Не знаю, может, все в реальности так и было, но мне она представлялась чересчур взбалмошной женщиной, привыкшей, что все подчиняются ее приказам.
Миролава ушла примерно через час. Сообщила, что собирается пока жить у родителей, с которыми успела встретиться до меня. Усадьба ей не нужна, и я могу распоряжаться этим зданием так, как считаю нужным. И селить здесь могу кого угодно.
— Если нужно будет обновить защиту, это сможем сделать и я, и отец, — сообщила Миролава и обняла меня, крепко прижав к себе. Я не противилась и даже обняла в ответ.
Правда, не почувствовала в душе никакого тепла. Но ведь ему и не откуда было взяться. В отличие от приемной семьи, которая давала мне все, что могла, Миролаву я видела первый раз в жизни.
Оставшийся день я провела дома. Поела, убрала, вместе с Ингой приготовила еду на завтра. А потом, ближе к вечеру, закрылась в своей комнате с купленной книгой.
В моей душе был настоящий раздрай.
Уйма новых родственников, внезапно свалившихся на меня, душевному спокойствию откровенно мешала. Я не успела принять существование бабушки и деда, как оказалось, что у меня есть отец и избранный. Только начала налаживать контакты с ними, как внезапно появилась мать. Для меня, тихой, зажатой женщины, столько существ вокруг было многовато. Я радовалась, что они давали мне возможность привыкнуть к новым обстоятельствам. Но ведь для каждого из них нужно было отыскать в душе хотя бы частичку тепла. И вот тут уже я готова была благодарить то ли мироздание, то ли судьбу, в общем, кого угодно, что то, что появилось между нами с Арнольдом, та самая «искусственная химия», возникло из ниоткуда само собой. Хотя бы к будущему мужу я однозначно что-то чувствовало. И мне не нужно было рядом с ним изображать несуществующие эмоции.
Вздохнув, я заставила себя открыть книгу и углубиться в чтение. Листала страницы, узнавая о сохранившихся литературных памятниках, из уст в уста передававшихся мифах и сказаниях. Многое было в новинку. Например, я понятия не имела, что раньше в мире имелось не четыре материка, а пять. Потом случилась катастрофа, что-то, подобное земному падению метеорита, и один из материков ушел под воду. Катастрофа ударила по всем жителям мира без исключения. И восстанавливаться после нее пришлось десятки лет. Именно после этой катастрофы на многих землях стали появляться ведьмы — женщины, приобретшие внезапно магическую силу.
— Ну конечно, — пробормотала я, оторвавшись от книги, — такой стресс пережить. На Земле можно с ума сойти. А тут магия пробуждается.