. Ведь тут нет ни слова лжи, японцы именно этого и хотят, ведь так, Андрей Андреевич?
– Соглашусь, государь, – уклончиво ответил адмирал, а потом добавлю, – Но подобные деяния крайне недостойны. Это так низко.
Николай молча прошёлся несколько раз по салону, а потом остановившись напротив стола и упёршись в него руками проговорил:
– Низко было нападать без объявления войны. По сути войну начали мы, после гибели "Варяга" и "Корейца", после атаки миноносцев на нашу эскадру, после Порт-Артурского сражения[185]. А до этого и захвата наших торговых судов, в том числе и нейтральных водах[186]. И японцы не считают это чем-то подлым и низким. Для них это обыкновенная военная хитрость. И даже то, что именно мы, объявили войну Японии, они считают эту войну агрессией России против них. А отнюдь не свои действия, которые они агрессией не считают. Всё что они сделали до этого, как бы ими не считается. А пытаться остаться чистенькими, когда враг игнорирует законы, правила и нормы морали, это значит разоружить себя, перед лицом такого врага. И однозначно проиграть. Ведь так, Андрей Андреевич?
– Это всё так, ваше величество, – понурив голову, произнёс Вирениус, – И я понимаю, что пододвигает, вас, на такие действия. Но помимо этических норм, есть ещё и технические проблемы. Как быть с ними?
– Я понимаю сложности, которые могут возникнуть при реализации этого проекта, Андрей Андреевич, – ответил Николай, садясь на свой стул, – Но поймите меня правильно, я хочу, чтобы вы поняли, что это необходимо сделать и для вас лично. Ибо если хочешь погубить, дело доверь его тому, кто имеет против него предубеждения. Или если оно ему совершенно не выгодно. Поэтому вы можете и отказаться. Просто посоветуйте, к кому обратиться. Кто сможет такое сделать. Соответственно орден Александра Невского[187] достанется ему. Ну а вы, сдадите свои корабли, и отправитесь командовать Морским Техническим Комитетом. Сами понимаете, контактировать вам с японцами будет противопоказано. Вы же это понимаете? Если да, то я готов предложить вам мысли, как можно обойти технические препоны. Что скажите?
– Я не отказываюсь, и готов выполнить это поручение, государь, – подняв голову и посмотрев на царя, произнёс адмирал, – И весь внимания. Но главной проблемой я вижу то, что это необходимо будет выполнить иероглифами, и именно японскими иероглифами.
– Это хорошо, что вы готовы выполнить это задание, Андрей Андреевич, – удовлетворённо произнёс Николай, – И я согласен, что этот меморандум, допустим, пусть это будет меморандум Куроды, будет написан от лица, такого политика и русофоба как Курода Киётака