Мы были рядом, вместе. И хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось. На сердце стало невероятно легко: ни сомнений, ни размолвок, ни злости… В эту секунду во всем мире были только мы, я и Смерч. И первородный огонь растекался по моим венам, выжигая последние сомнения.
Я чувствовала его горячее дыхание на своей коже, его ладони на моей спине. И вкус поцелуя, в который мы оба упали. Лишь он сейчас имел для нас обоих значение.
Мы тонули друг в друге, пьянея от ощущений, от удовольствия, которое было сродни крепкому хмелю. И были одурманены друг другом настолько, что и не выразить словами. Да они были и ни к чему. Наши тела говорили за нас, двигаясь в удивительной гармонии.
Я застонала от блаженства, когда Смерч чуть потянул волосы на моем затылке, отчего я откинула голову, и его губы коснулись моей шеи.
И тут же почувствовала, как от этих звуков напряглось его тело, как бешено забилась жилка на виске и резко обозначились жгуты мышц и сухожилий на шее.
– Трис, - оторвавшись от меня на миг, хрипло произнес он. Взгляд Смерча был затуманен. Да, подозреваю, и мой тоже.
Мы оба дышали, как бегуны, только что поставившие новый мировой рекорд. И казалось: ещё миг – и нас разорвет от дикого желания, которое скручивало все тело изнутри. Оно было безжалостным, бившим наотмашь под ребра, выжигающим разум. Какие, к демонам, порхающие бабочки в животе, про которые так часто любят упоминать подруги, описывая поцелуи? Со Смерчем – только огненные саламандры, которые превращают кровь в жидкую магму.
И нет сил, чтобы сдержаться, остановиться…
Кристоф взял меня под бедра и приподнял. И я обхватила его ногами, стараясь быть как можно ближе и чувствуя, насколько близко ко мне хочет быть Смерч. На последнее явственно намекала одна часть его тела, что упиралась сейчас в меня.
Вампир держал меня на весу, не чувствуя ни капли неудобства. Скорее наоборот – ему нравилось такое положение вещей. Точнее, тел.
Теперь уже я наклонилась к лицу Смерча. И тут он неожиданно повернулся так, что я оказалась прижата спиной к стеклу. За нами был город, утопавший в ночных огнях, но ни мне, ни Кристофу не было дела до этих красот.
Кристоф перехватил инициативу. Его губы коснулись моих. Не нежно и осторожно, как до этого, а требовательно, напористо, пленяя мой язык своим. Лаская. Сводя с ума.
Тело прошил разряд удовольствия, заставляя выгнуться навстречу от остроты ощущений.
– Трис, я сейчас сдохну… – хриплый, с рычащими нотками, голос донесся словно издалека, заставляя меня вернуться в реальность.
Я чуть откинула волосы в сторону и томно произнесла: