— Ага, десятая. Я видел, — парень кивает на огромное полотно, на котором видна сцена.
Ого, эдакий кинотеатр.
— Замри, — слышится команда женщины.
Я тут становлюсь обездвиженной рядом с куклами, которых купил, я надеюсь, Вэйланд. И да, та рыжуля тут тоже есть.
— Дамы и господа, продолжаем. Удивительный сегодня аукцион. И куколки все красивые.
Куклы выходят одна за другой. Я прислушиваюсь, покупает ли десятый еще кукол. Ведь нам остается еще тридцатая. И вот та огромная, высокая кукла выходит на передний план. Такая высокая, своеобразная.
— Итак, тридцатый лот. Высокая кукла, стройные ноги до ушей, кому достанется такая уникальная красотка? Продолжим, кукла станцует, чтобы вы увидели ее во всей красе.
Та девушка будто механически поворачивает голову к аукционеру. А затем смотрит в зал. В ее взгляде вспыхивают огоньки. Или мне так кажется? Или это через экран так видно? А-а, что же это такое?
Ее сопровождающая что то шепчет ей. Я чувствую, что тридцатая не хочет танцевать, не хочет двигаться. Но играет музыка, и приходится ей неуклюже вскидывать руки и выводить па. На лице проявляются эмоции. Я даже слегка подаюсь вперед, стараясь не привлекать внимания парня, сидящего на диване перед экраном. Хм, а почему у нас такого дома нет? Я про экран, а не про диван или парня.
Да, ей точно страшно. Она растеряна, но танцует. Это точно живая девушка.
Очень все плохо у нее с танцем. По сравнению с предыдущими куколками она слон в посудной лавке. А может, это и есть знак? Да, если ее заклинание не позволяет ей говорить самостоятельно и действовать, то тогда понятно, почему она криво танцует.
Музыка прекращается. Кукла замирает со вскинутыми руками вверх.
— А теперь мы послушаем голос этой очаровательной дамы.
Сопровождающая что-то шепчет ей.
Кукла смотрит в зал и:
— Вива ля Либерти, — срывается с ее губ.
Живая. Она живая. Нежный и высокий у нее голос. Совсем несвойственный внешности.
— Отлично. Просто браво. Итак, кто заберет сегодня эту длинноногую красотку? — расхваливает ее аукционер. — Две тысячи золотых ставка. Шаг – пятьсот.
Хм, а я дороже.
И главное – тишина. Что такое? Почему Вэйланд не поднимает табличку? На мне все деньги закончились, видать.
— А, номер десять, — наконец-то говорит аукционер. — Вы у нас сегодня решили увести лучшие предложения.
Ладно. Две тысячи – не тридцать. И главное, никто на нее не ведется. Сэкономим.
И больше никто не отзывается. Позади куклы вспыхивает циферблат, отсчитывающий время.
Я вздрагиваю, когда тридцатая протягивает руку в зал. Поначалу ничего не происходит, но тут едва заметные светящиеся нити начинают стягиваться к ней. Она тянет энергию всех драконов, находящихся в зале!