Бред!
Ни разу за свою бытность секретарём я даже не собиралась представлять как, вместо подписания бумаг, Дальский уверенно берёт меня за руку, устраивает на столе и… Зря, очень зря я об этом думаю! Потому что Дальский, сидящий передо мной, не чета Дальскому из моих мыслей. Этот довольнее, опаснее и желаннее.
— Мне не шестнадцать, чтобы целоваться на парковой скамейке.
Гордясь собой за непомерно длинную, в настоящих условиях, фразу, я отстраняюсь, откидывась на спинку, закидываю ногу на ногу и занимаю руки чем-то безопасным. Недопитым смузи, например.
И мне бы радоваться собственной выдержке, но, враз ставшее неуютным, взаимное молчание напрягает.
— В субботу я еду на день рождения сестры, — сообщаю я, не отрывая взгляда от стакана.
Только вот Дальский не собирается мне помогать, хотя наверняка догадывается что именно я планирую ему предложить. Мстит за скамейку?
— Ты можешь поехать со мной, — я поворачиваю голову, — если хочешь.
— Оль, ты даже по имени меня назвать не можешь, — криво улыбается он.
— Там я постоянно буду использовать твоё имя, — я копирую его улыбку, отказываясь признать, что расстроилась. — Вы с ней тёзки.
— Я должен уехать на выходные, — без особого сожаления отвечает тот, кто только что намекал на совместный отпуск.
— Хорошо, — деланно безразлично пожимаю я плечами и встаю. — Мне пора возвращаться.
Прощание у банка выходит скомканным. И даже не потому, что я всё-таки ощущаю себя виноватой. Мы слишком плохо друг друга знаем, и плевать, что пять лет проработали бок о бок. Это не то. А секс — не повод даже для знакомства, каким бы сумасшедшим он ни был.
Но, по крайней мере, мне не придётся шокировать сестру своим первым официальным ухажёром. В суматохе я как-то подзабыла её заочное отношение к Дальскому, в конце концов даже обрадовавшись его делам.
Очередной рабочий день заканчивается позже обычного, зато до дома я добираюсь без пробок. Но, стоит мне переступить порог квартиры и в вечерней тишине раздаётся звонок мобильного.
— Оль, ты дома?
— Только зашла, — честно отвечаю я Игорю, зажав телефон между ухом и плечом, чтобы расстегнуть замок на босоножках.
— Иду к тебе, — предупреждает деликатный Игорь и отключается.
Не удивлюсь, если в следующий раз он обойдётся даже без звонка. Этого мало, чтобы меня смутить, но достаточно, чтобы оставить голодной, потому что в его присутствии вежливая я снова обойдусь одним чаем.
Какой-то тяжёлый стук в дверь выдёргивает меня из ванной, где я едва успеваю нацепить короткое домашнее платье.
— Чего не звонишь? — распахиваю я дверь и удивлённо отступаю. — Что это?