Пока суд да дело, я хочу приказать моим людям обыскать дом. Вы позволите?
Миссис Сторс без запинки ответила:
- Я думаю, это не обязательно.
Шервуд нахмурился:
- Вам придется это объяснить. Не хотите же вы сказать, что знаете, где перчатки?
- О нет. Я имею в виду... ну конечно, вам нужны улики. В вашей сфере... Вам потребуются улики?
- Улики? Непременно.
- Ну хорошо. Вы можете обыскать дом.
Шервуд посмотрел на Брисендена. Полковник кивнул и распорядился:
- Петерсен!
Тотчас явился патрульный и отдал честь. Брисенден проинструктировал его:
- Скажите Квилу, пусть берет пять человек и перероет дом снизу доверху. Только не переусердствуйте. Ничего не ломать. Эту комнату вы уже проверили, я надеюсь? Хорошо. Скажите Квилу, пусть займутся остальными. Искать тщательно. Все перчатки, которые найдут, пусть несут сюда, с ярлыком, где найдены. Кругом, бегом, ясно?
Патрульный вышел. Миссис Сторс вещала на всю комнату:
- Я знаю, что поиски доказательств для глупцов - это дерзость по отношению к Шиве и его основам. Это уступка с моей стороны, и, если мне придется поплатиться за нее, - что ж, я готова. Даже Шива должен неукоснительно соблюдать договор, если он его заключил, а разрушение моего мужа не было предначертано свыше. Я страдаю из-за этого. - Ее голос внезапно сорвался на полуистерический крик, слова с трудом вырывались из-за спазм горла. - Я говорю вам, что я из-за этого страдаю!
Джэнет Сторс, сидевшая крепко стиснув руки, тихо вскрикнула:
- Мама! Мама!
- Да, Джэнет. Ты тоже страдаешь, дитя мое! - Миссис Сторс кивнула дочери. Она оглянулась на Шервуда и совладала с голосом: в нем звучала напряженность, но не больше, чем обычно. - Вы говорите, посланник Шивы здесь? Вы уверены? Знаете его?
Мне хотелось бы услышать, что вам известно.
Прокурор пристально рассматривал ее.
- Было бы лучше, мадам, если бы вы рассказали, что вам известно, предложил он. - Вас я еще не допрашивал...
- Можете допросить. Но вы гарантировали мне привилегию. Вы знаете, кто убил моего мужа?
- Нет, но думаю, вы поможете мне его найти.
- Я сделаю это. Но сначала мне надо знать... я не пытаюсь разрушить ваши факты. Только Шива может создавать факты и разрушать их, и это Шиву я предаю ради своего мужа. Но мне надо знать факты, которые у вас. Вы знаете, посланник здесь, среди этих людей. Что вам известно о них?
Шервуд глянул на Брисендена и по тому, как тот свирепо нахмурился, понял, что безнадежно увяз, вспомнил о расписке на пятьдесят тысяч долларов, подписанной Клео Одри Сторс и находящейся среди его бумаг, и решил, что сам он, Шервуд, и ломаного гроша не поставит на то, что угадает: то ли перед ним искушенная преступница, то ли кающаяся грешница, то ли законченная идиотка. Он подумал и повернулся к миссис Сторс, изобразив симпатию на лице.