***
Невозможно унять внутренний мандраж и заставить биться сердце чуть медленнее, когда ты лежишь на столе в операционной под светом больничных ламп и знаешь, что совсем скоро твой ребенок родится.
Богдан так и не прилетел. Я ждала до последнего, оттягивая минуты запланированной операции. Мне нужна его поддержка. Именно здесь и сейчас. Непримиримый стресс, который испытываю, не хочет оставлять меня — воспоминания прошлого тревожат сознание в последние дни.
Вдох-выдох. Вдох-выдох. Закрываю глаза, чтобы свет не раздражал глаз и пытаюсь расслабиться на сколько это возможно.
— Все хорошо? — слышу голос врача и киваю в ответ.
Врач и акушерки совершают последние подготовления. Небольшую ширму устанавливают около груди, загораживая обзор живота и всех врачебных манипуляций. Во рту мгновенно пересыхает, а тяжесть в груди, которая легла свинцом, не отпускает и мешает дышать свободно.
— Где анестезиолог? — долетает до ушей вопрос.
— Уже здесь. — кивает медсестра в сторону двери, через стекло которой была видна медицинская шапочка.
В палату вошел доктор и за ним еще один мужчина, одетый в спецодежду с накидкой и шапочкой и маской. Я не сразу признала в нем своего мужа, потому что не смотрела на лицо.
Когда его прохладная ладонь коснулась моей горячей щеки, я вздрогнула от неожиданности и распахнула глаза в удивлении.
— Богдан, ты прилетел… — отстраненно и не веря глазам, говорю я, словно передо мной лишь его призрак.
— Да, я здесь. — успокаивает он мягким взглядом. — Как ты?
— Ай… — морщусь я, когда чувствую, как острая игла проникает под кожу, впуская в вены обезболивающее. — Нормально. Я ждала тебя… Думала ты не прилетишь.
— Разве я мог? Переругался с авиакомпанией, у них возникли непредвиденные проблемы с запланированным рейсом. Но я успел.
— Успел. — облегченно выдыхаю я.
Богдан берет мою руку в свою и тихонько сжимает. Долгожданное спокойствие и уверенность передается от него ко мне.
— Хорошо, что ты приехал. — бормочу я и прикрываю глаза.
— Знаю. Знаю. — полушепотом говорит он, заботливо перебирая мои пальцы и я чувствую, насколько это приятно.
Несмотря на внешнее спокойствие, и маску, которая прикрывает эмоции на лице Богдана, я знаю, что он тоже переживает. Я вижу это в его глазах, в глубине которых плещется волнение.
Операция прошла без лишней возни и непредвиденности, все четко и распланировано. По указаниям врача можно было понять на какой стадии процесс. Я не чувствовала боли, лишь было слегка неприятно, но это все мелочи… Невероятное опустошение я почувствовала, когда из меня достали малыша.