–Андрея кто-то очень сильно хочет упрятать за решетку. Куда бы я ни пытался открыть дверь, за мной ее очень быстро захлопывают, иногда не открывают вообще.– Небольшого роста мужчина присел рядом на софу. Я с таким сталкиваюсь впервые и прошу заметить меня это немного беспокоит.– Лет пятьдесят, не старше. Лика рассматривала адвоката, с которым в последнее время держала близкий контакт в надежде помочь мужу. Она так до сих пор не увидела его, что сильно гложило ее душу. Чувства с каждым днем вдали от Андрея захватывали все больше и больше территории. Сколько времени потеряно, а все из-за глупостей.
–Где патрон?
–У меня. Я спрятал его в сейф. Надежда, что он пригодится меня не покидает. Я попробую еще несколько вариантов. Потребую провести повторную экспертизу патрона, который нашли в теле убитого. Мы поможем ему, Анжелика Анатольевна.
–Держите меня в курсе, Назар Натанович.– Мужчина поднялся с софы, одергивая полы пиджака.
–Суд состоится завтра в двенадцать тридцать.– Ох! Как гром среди ясного неба.
–Но Вы же сказали, что еще есть время для расследования.– Тело не слушалось, расплываясь мокрым пятном на сидении кресла. Неужели все пропало?
–Мы не опустим руки. Завтра первое заседание и это не значит, что Андрей сразу получит срок. Мы еще поборемся.– Плотная ладонь успокаивающе легла на трясущееся плечо.
Зина уговаривала сидеть дома и никуда не идти. Сейчас не то положение у Лики, что бы нервничать, надо беречь себя. Рука незаметно прикоснулась к чуть округлившемуся животу. Доктор поставил срок шестнадцать недель. Девушка посмотрела в окно, с грустью вспоминая, как чувствовала себя разбитой и растоптанной после первой ночи с Андреем. Как ненавидела его, проклиная, на чем свет стоит. Мечтала сбежать от тирана, не зная, что маленькое зернышко уже прорастает в ней. И как она раньше не замечала, что тело изменилось? Грудь увеличилась, бедра округлились. Не замечала, потому что не было сбоев в организме, доктор сказал, что так бывает.
–Малыш.– Ладошка погладила по животу.– Мне не хватает твоего папы.– Через неделю УЗИ, можно узнать пол ребенка, но Лика мечтала сделать это вместе с Андреем. Тяжелый выдох скрыл двор, покрыв стекло туманной пеленой. Он до сих пор не знал о том, что станет отцом. Лика все еще молчала о своем положении, понимая, что так ему будет еще тяжелее морально, находясь в заключении. Назар Натанович принес короткую записку, оставив перед уходом.
“Я люблю тебя. Не переживай, все будет хорошо”.
Две короткие фразы, но такие теплые и поддерживающие, как бы и ей хотелось поддержать своего мужа.