- У тебя совсем мало карточек, я считал, - ухмыляется этот чертяка и делает такое довольное лицо, будто выиграл в лотерею.
- У меня больше фишек, - спускаю я его с пьедестала, показывая свою стопку. Мы одновременно качаем головами, смерив соперника взглядом взрослого, поспорившего с малышом, и отворачиваемся. Алиса переводит взгляд с одного на другого и…начинает смеяться, громко и искренне. Этот смех дико заразителен, а вся ситуация и правда выглядит нелепо. И меня тоже пробирает. Через минуту мы валяемся на ковре и ржем, как идиоты.
Потом лисичка стонет, что уже не может смеяться и добавляет, что готова выслушать наши желания. Но только по одному от каждого. Друг недовольно хмурит брови, но Алиса непреклонна. Она притягивает его к себе и целует в макушку: - Не упрямься, я догадываюсь, что ты попросишь… Он что-то шепчет ей на ухо и я вижу, как Алиса закатывает глаза к потолку, и возмущенно качает головой: - Артур!
Но брюнет в ответ лишь пожимает плечами и напоминает об условиях, с которыми Лиса была согласна. И отказываться не по правилам.
- Тём, а что попросишь ты? – зеленые глаза с поволокой смотрят на меня, одним махом вышибая все слова, что были в голове буквально минуту назад.
- Сначала скажи, что загадал этот охальник, - я машу в сторону ухмыляющегося Артура.
- Он хочет, чтобы я завтра…приготовила вам завтрак и подала его в спальню, - тоненьким голосом начинает Алиса, - и…чтобы на мне не было ничего, кроме…завтрака. Она поднимает глаза и в них плещется такое охеренное желание, что меня накрывает дважды…Её щеки розовеют, и я уже предвкушаю завтрашнее утро, которое станет незабываемым судя по выражению лица их обоих. Качаю головой, мысленно благодаря Вселенную, что третьим в нашем союзе стал именно Артур.
Свое желание я придумал сразу, как только мы разложили на полу коробку с игрой.
- Помнишь тот комплект, что лежит в твоем ящике? – уточняю я, поглаживая нежную кожу на внутренней стороне бедер. На Алисе лишь короткие шортики, не скрывающие ничего от слова совсем, и тоненький хлопковый топ с рисунком. Она кивает и поднимается на ноги.
- Станцуешь нам? – я смотрю, как ее глаза удивленно распахиваются и в ответ раздается хрипловатый голос, с ноткой изумления: - Станцевать что?
- Мышонок, ты поняла, о чем он, - улыбается Артур, в предвкушении развалившись на полу, и пожирая глазами стройные ноги лисички.
Алиса задумчиво удаляется, не появляясь ни через минуту, ни через пять. А через пятнадцать я не выдерживаю и выглядываю в коридор, негромко зову лисичку, но в ответ не слышно ни звука. Вдруг свет в квартире гаснет. В голове екает, что отключили электричество, мать их, не вовремя. Но когда я слышу сзади негромкое хмыканье, которое не спутать ни с чем иным, даже в темноте, и понимаю, что этот охальник не сомневается ни грамма в том, что происходящее не результат деятельности коммунальщиков, то отступаю на диван, и просто жду.