С тех пор как я сбежала, прошло уже две недели. Сегодня ровно четырнадцатый день начался. Я лежала, слушала пение птиц и подсчитывала. Казалось, что это было год назад! Прошлая жизнь начала теряться, растворяться, и только во снах ещё ко мне возвращались родители, модные показы, шум машин и запах бензина. Всё уже в прошлом. Я поняла, что теперь уже привыкла просыпаться с радостью, с верой в лучшее! И уже не удивлялась этому. Это стало частью жизни, само собой разумеющимся. Я знала, что проснусь среди друзей и буду идти своим собственным путём, проживать свою собственную жизнь, а не существовать по чужой указке. Это мой выбор! Отсутствие всех прошлых привычек и обязанностей, глупых предубеждений, лежащих на мне тухлым грузом, теперь упали, и под тяжёлым рюкзаком я шла, будто окрылённая.
Каждый солнечный день радовал точно так же как и пасмурный. Моё тело уже совсем обвыклось с неудобствами походной жизни, и я чувствовала, как с каждым днём оно крепчает и наливается здоровыми силами. Если раньше я с неохотой могла проползти километр на беговой дорожке, то теперь вприпрыжку могла пробежать и два по зелёной траве и кочкам, не рискуя задохнуться от усталости. Я дивилась этим переменам. Они вызывали искреннюю радость, и с каждым днём вместе с телом крепчал и мой дух.
Вряд ли бы теперь меня узнали знакомые. Я удивлялась тому, какой была раньше безвольной и ведомой, с какой лёгкостью я отказывалась от собственного мнения, лишь бы меня оставили в покое. А ведь было такое, было! Я привыкла молчать в ответ, когда на меня давили. А теперь вдруг появились те, кто моим мнением интересуются, кто не пренебрегают им и даже не ставит под сомнение то, что у меня есть право его иметь. Даже сейчас, в этот момент, попади я назад, я бы уже никогда не смогла жить прежней жизнью.
Я лежала и думала, что бы случилось, если бы я открыла сейчас глаза, и всё это путешествие оказалось сном. Было страшно. Но теперь я знала, что даже если я проснусь в своей постели, а не на тонком одеяле в лесу, я буду сильнее. И жизнь моя будет принадлежать только мне. Что больше я никогда и никому не позволю принимать решения за меня!
Я открыла глаза. Вот костёр, вот Мохнатик, вот шерстяная пятка Элни. Всё в порядке, жизнь продолжается, у меня есть ещё один день, значит, пора вставать и проживать его.
Рядом с нами спала и наша новая знакомая – Асфири. Прямо на голой земле, в облике тигрицы, тихо порыкивая во сне – видимо, так выглядел тигриный храп. Как только я встала, ушки её дёрнулись, и она приподнялась, на ходу меняя обличье. Лицо было сонное и довольное. Я молча с улыбкой кивнула ей, не желая будить Элни раньше времени, и отправилась по своим утренним делам. Захватила и котелок – где-то рядом я, вроде, ручей слышала?