— Прости, — внезапно прошептал Филипп, и в ту же секунду его губы коснулись моих. Я вдохнула до боли знакомый аромат. И жизнь вокруг остановилась. Я отвечала на поцелуй отчаянно и исступленно, выплескивая все то, что накопилось. Почти как раньше. Пытаясь раствориться в нем, чтобы запомнить этот поцелуй на всю жизнь. Я закрыла глаза и отдалась секундному порыву. А губы Филиппа настойчиво продолжали исследовать мои, в ход пошел язык. Сильные руки прижали меня еще крепче. В воспоминаниях промелькнули наши сумасшедшие ночи, наполненные страстью. Это невозможно забыть. Я не могу отказаться от него! Филипп должен вспомнить, чего бы это мне ни стоило! Я запустила пальцы в его волосы, позабыв что мы в окружении фотокамер.
— Что тут происходит?! — вопль Микаэллы прозвучал словно гром среди ясного неба.
Я распахнула глаза, в ужасе глядя на Филиппа. Он, кажется, тоже был ошарашен не меньше моего. Опомнившись, он отстранился, приняв бесстрастный вид.
— Привет. Как видишь, мы спасаем фотосессию, — как ни в чем не бывало сказал он.
Но Микаэлла уже неслась к нам, словно разъяренный бык. Я увидела, что у выхода стоит встревоженная Лиля, а Шэлл удивленно смотрит на нас, видимо не понимая, что произошло.
— Так, спокойно. Мы отсняли отличный материал! — Первым сориентировался фотограф.
— Ты только что целовался с ней! — не обращая внимания на слова Шэлла, процедила Мики, буравя взглядом нас с Филиппом. — А ты! Да как вообще посмела?! Я уволю тебя сейчас же! — визжала она.
То, что произошло дальше, отправило меня в нокаут. Мужчина расплылся в обворожительной улыбке и взяв ее за руку, проворковал:
— Успокойся и перестань ревновать. Это ничего не значит. Только фотография. И София всего лишь играла роль. Как и я.
Кажется, Микаэллу немного успокоили его слова. Она недоверчиво покосилась в мою сторону. И я сделала то, чего сама от себя не ожидала: рассмеялась.
— Конечно, это ничего не значит. Хорошо сыграли, да? — я бросила на Филиппа ледяной взгляд, а затем перевела его на Микаэллу. — Поверила? Значит и остальные поверят и купят твою косметику. Смысл же в этом? Кстати, я требую повышения гонорара. В договоре были оговорены только услуги фотографа. А я буквально «отдалась» делу.
Мики, вероятно, не ожидала от меня такой выходки. Она молча хлопала глазами. Наконец, «Барби» собрала цепочку мыслей в своей голове.
— Я пришлю тебе чек. Можешь быть свободна! — отчеканила она и повернувшись к Филу, повисла на его шее. Я сжала зубы. Проигрывать не хотелось. Но сейчас я была повержена. Филипп сказал, что для него это всего лишь проект. А значит, он ничего не почувствовал.