– Хорошо, – кивнула я. – Но с одним условием – ты должен ответит на мой вопрос.
– Договорились, – в глазах дракона появились смешинки. – Только, чур, не сердиться. Потому что не уверен, что мой ответ тебе придется по вкусу.
– Хорошо, – кивнула я.
Усадив меня в гостиной на диван, Эмиль ловко открыл бутылку белого игристого вина и, наполнив два фужера, один отдал мне. Затем присев рядом, он предложил тост:
– Поднимаю этот бокал за прекрасную женщину, которой сегодня удалось покорить весь двор, в том числе императора. И я безмерно рад, что эта невероятная красавица принадлежит мне. Ты, моя, Оливия, только моя…
Пока я сообразила, что ответить, раздался звон фужеров, и мне ничего не оставалось, как пригубить вино.
Оно было фруктовым и напоминало персиковый нектар, оставляя после себя приятное терпкое послевкусие.
– Нравится? – поинтересовался Эмиль.
– Весьма необычное.
– Оно сделано из драконьего яблока, которое произрастает в специальных пещерах. Солнце постоянно согревает молодые побеги, наполняя их сладостью и терпкостью. Плоды снимают в определенное время, чтобы получить вино наивысшего качества, но стоит снять на день раньше или позже, вкус изменится в худшую сторону. Именно поэтому каждая бутылка особенная, и его цена так велика.
– Удивительно, – качнула головой я, делая еще глоток вина. А затем, посмотрев на Эмиля, поинтересовалась. – Так почему император должен понять и простить наше столь внезапное исчезновение с торжественного вечера?
– Я же говорил, что Арон Ашар умеет читать чужие мысли. Но мои размышления обычно от него скрыты сильнейшей родовой ментальной магией, но сегодня я позволил ему заглянуть в них…
Внутри сердце затрепыхалось, и я хрипло спросила:
– Ну и что он там увидел?
– Не хочу рассказывать. Лучше покажу, тем более целый вечер мечтал это сделать…
Эмиль прильнул к моим губам, обжигая их своей нежностью и страстью, не давая даже мгновенья на раздумья. Он умело увлекал меня в свою игру, играя с моими губами и языком. Все происходящее было так ново и необычно. Где-то в глубине меня появился огненный импульс, который с каждой секундой разгорался все сильнее, сводя меня с ума от невероятных эмоций. Стало так жарко и душно, а мужской шепот: «Оливия, моя Оливия», буквально завораживал.
Казалось, этому безумию не будет конца, а потом все прекратилось. Резко открыв глаза, я поняла, что лежу на диванных подушках, длинная юбка неприлично задрана, демонстрируя мои ноги, а кружева на лифе безжалостно разорваны, обнажая мою грудь в корсете.
– Ой, – невольно вскрикнула я, вскакивая и не зная как себя вести.