— Да нет же, я перееду сюда уже сегодня.
— Сегодня?!
— В доме всё есть для жизни, — напомнил Роман. — Только продуктов прикупить.
— Вот, заключим договор, заедем к тебе за вещами первой необходимости и вернёмся. А волчица пока лапы разомнёт. Засиделась без свободы.
После заключения договора я заехала с тётей на её квартиру за кое-какими вещами. Потом мы купили продуктов в ближайшем супермаркете и поехали обратно.
Домой.
Заезжая на территорию, я чувствовала волчицу, она была здесь и, казалось, была счастлива.
— Пойду посмотрю кухню, — объявила тётя, с волнением направилась в сторону последней.
Я же пошла на поиски нужной мне комнаты. Мне необходима была спальня Максима. Где она, я наверняка не знала и знать не могла, ведь меня туда не приглашали, когда я была здесь. Без волчицы внутри я не чувствовала так остро запахи, и она не могла мне подсказать, будучи далеко в лесу, но меня вело что-то неведомое и я пришла туда, куда мне было необходимо попасть.
Так легко открыла тяжёлую дубовую дверь и прошла в комнату с чувством, что нашла что-то давно потерянное и такое необходимое мне.
Здесь не было практически ничего. Все личные вещи были вывезены, на одной из полок осталась лишь книга по какому-то маркетингу. Только стены и мебель впитали в себя запах Максима. Особенный, проникающий теплом под кожу, уютный и успокаивающий с древесными нотками.
Глубоко вдыхая этот воздух, я прошла по гулкой комнате, села на край кровати и обхватив руками живот, горько и беззвучно заплакала. Впервые за эти месяцы. Отсутствие Максима рядом, с каждым днём давило всё сильней. Тоска такая, что хоть волчицей вой, а не отпустит.
Мне его страшно не хватало, я крепилась и всё равно искала его взгляд в каждых чужих глазах. Вздрагивала и сердце сбивалось с ритма, если кто-то подобно ему коверкал мою фамилию, конечно, случайно. И я ждала его каждую минуту. Вот сегодня, сейчас, откроется дубовая дверь, и Аристов зайдёт в комнату, ворча, как обычно что-то о работе...
Но нет. Тишина. Нет. Не заходит и снова тоска накрывала чёрной пеленой зыбкую надежду. А вместе с тоской всё больше росло и непонимание.
За что он так со мной?
Всё же хорошо. Никого не приставили к стенке и даже живых и здоровых теперь больше, чем могло бы стать без моих откровений. Слёзы громадными каплями всё падали на шёлковую блузку, немного искажая её персиковый цвет, а я следила за этим и постепенно успокаивалась.
Отрывисто вздохнув, я утёрла слёзы и оглядела комнату снова. Вся мебель из тёмного дерева отлично сочеталась со светлыми стенами, а небольшие окна компенсировались высокими потолками. Несмотря на пустоту, отсутствие штор на окнах и постельного белья на кровати, эта комната была тёплой. И я точно знала, что детям здесь будет хорошо. Простор позволял расставить кроватки прямо здесь, хотя бы на первое время.