— Когда он всё-таки вышел, то, естественно, запер дверь… Но ребята каким-то образом смогли её открыть, может, взломали замок, или у них был запасной ключ… Ну или сам Освальд закрыл её недостаточно надёжно, не знаю. И ребята нашли там это. — Капитан Фостер кивнул на письмо, которое Кристина по-прежнему сжимала в руках, не решаясь развернуть. — Написанное и запечатанное, осталось лишь отправить. Я решил не читать его сам.
Кристина вздохнула. Хотелось верить, что в этом письме не было ничего страшного. Может, обычная личная переписка… Но почему тогда господин Гленн уделил ей целый день, хотя Кристина велела ему прийти к ней сразу же, как только он приехал? Что там такое, что было для него важнее приказа леди? Это и вправду показалось ей подозрительным. Но Кристина никак не могла набраться внутренних сил, чтобы сломать печать и развернуть пергамент. В её голове господин Гленн по-прежнему был добрым и мудрым наставником, учившим её риторике и магии… Он был дядей её матери и советником её отца. Он казался ей хорошим человеком, и как же ей не хотелось в нём разочаровываться…
Кристина всё-таки сломала печать, но пергамент протянула капитану Фостеру.
— Пожалуйста, прочитайте вы, — попросила она дрожащим голосом.
Тот лишь пожал плечами, забрал пергамент, развернул его… Во взгляде, где только что плясало торжество, вдруг вспыхнуло недоумение. Кристина готова была облегчённо выдыхать — всё-таки это, наверное, обычная личная переписка, письмо домой или ещё куда-то… Капитан Фостер покачал головой и удивлённо приподнял брови, и в душе Кристины страх начал сменяться любопытством. Что же, чёрт возьми, там написано?
— Тут ничего нет, миледи, — пожал плечами Реджинальд, возвращая ей письмо. — На пергаменте ни слова, ни буквы. При этом он всё равно был скручен и запечатан… — Он задумался. — Это наверняка что-то значит. Я же говорил, что Освальд — тот ещё хитрый лис.
— Это было единственное письмо, которое ваши люди нашли в кабинете господина Гленна? — встрепенулась Кристина.
— Они сказали, что на столе был только этот свиток, чернильница с пером и свечи. Правда, он мог заменить настоящее письмо на пустое, чтобы отвлечь внимание и запутать нас… Но это лишь укрепляет мои подозрения. Если его совесть чиста, то зачем ему все эти манипуляции?
Кристина всё сильнее убеждалась в правоте капитана Фостера. Его доводы казались ей поистине железными. Она взглянула на чистый желтоватый пергамент — ни одного знака, ни одной руны… И что же это такое? И что за игру ведёт господин Гленн? Кому он собирался отправлять это письмо и как бы получатель смог его прочесть? Или верна не первая, а вторая догадка капитана Фостера, и этот пустой лист — лишь попытка отвлечь от чего-то посерьёзнее? Вопросы разрывали голову, и Кристина зажмурилась. Она всё ещё не желала признавать своё разочарование, не желала пускать его в сердце, уничтожая доверие и привязанность.