Однако как только они выехали на проселочную дорогу, ту, куда О'Ши привез тело мертвой баньши, охотник на фей как-то разом посерьёзнел. Он молчал до самой стены тумана, и только тогда сказал Анне:
— Не открывай окно, пока не проедем за туман. Два года прошло, а у меня до сих пор какая-то нездоровая паранойя. Типа, что оттуда сейчас полезет какая-то срань. У этой машины хорошие, крепкие стекла. Моя старушка.
Он похлопал ладонью по приборной панели. Пикап медленно вкатился в Границу.
Анна никак не могла определиться, чего она ожидает больше — каких-то неведомых чудес или их полного отсутствия. Да, она видела сидов, да, она говорила с мёртвыми, но само существование Другой сторону упрямо отказывалось логично укладываться в голове у доктора Греймур.
В тумане Границы видно было примерно ни черта, как Анна ни напрягала глаза. В какой-то момент ей померещились фигуры где-то там вдали, но потом она моргнула, и наваждение пропало.
Марти Доннахью вел машину молча. Он хмурился, чуть покусывал губы, потом неожиданно выругался. Сказал Анне тихо:
— Мне все время кажется, что в тумане поют.
Никаких звуков, кроме гула двигателя, Греймур не слышала, и она глянула на охотника на фей встревожено. Марти криво усмехнулся и добавил газу.
Туман отступил как-то внезапно, словно его смахнули мокрой тряпкой с лобового стекла. Ничего особо не изменилось. Всё так же были холмы, озеро, насыпь над озером, только небо над ними висело не по-майски тяжёлое. И трава слишком уж отливала малахитовой зеленью. И дымка над озером серебрилась, словно подсвеченная изнутри.
— Как-то так, в общем, — сказал Доннахью. — Что там с твоей штуковиной?
— Она должна открыть дорогу, — Анна неуверенно нашарила в кармане серебряную тёткину веточку.
— Тогда держи её при себе, — Марти дёрнул ртом. Машина осторожно, почти крадучись поползла вначале вниз по склону, потом вверх. — Было бы круто побыстрее вернуться.
— Сколько у нас времени? — Греймур вздохнула. Отгулы ей дали с большой неохотой. Пит Салливан, конечно, обещал прикрыть, если что, но Анне не хотелось без необходимости пользоваться его помощью. Особенно в том, что касалось её и её мертвецов.
— Топлива на неделю, примерно, — Марти пожал плечами. — Я эти бочки не для красоты с собой вожу. Жаль, старина Керринджер отказался продать мне внедорожник. Вот то машина. Зверь.
— А он продавал? — спросила Анна, больше чтобы поддержать разговор и не дать ему опять уползти в сторону её тетки или бывшего мужа.
— Я думал, может, он продаст, раз уж ему самому полагается волшебный конь, — Марти хохотнул, но получилось невесело.