— Ты приготовила нектар Жизни как настоящая эльфийка! Я чувствую эльфийскую магию Леса. Моя мама всегда готовила тонизирующие напитки из трав. Я хорошо знаю этот вкус.
Я негромко рассмеялась, понимая, что неоткуда было эльфам взяться. У парня точно что-то не то с головой. Конечно, не стала ему об этом говорить.
— Ты сможешь подняться? — поднимаясь сама, спросила я эльфа.
— Теперь да, смогу, — ответил он, поднимаясь. — Меня зовут Тернирес. А тебя Арина, верно?
— Верно, — немного удивленно, кивнула я.
— Арина, могла бы ты приготовить для меня такой напиток? — эльф улыбнулся немного смущенно.
— Могу, конечно, мне не трудно, — снова кивнула я, прокручивая в голове, что я вообще туда добавляла, когда химичила утром? Нужно записать, как вернусь в комнату. Странный он какой-то, эльф этот. — Только ты расскажи мне, что это за эльфийский нектар Жизни?
— О, это нектар, который могут приготовить только магически одаренные эльфийские женщины из трав и цветов. Он дает эльфам силу, молодость и долголетие, а в некоторых случаях практически бессмертие. Его также принимают в случаях, когда необходимо вылечить раны или поддерживать хорошую боевую физическую форму.
— Понятно, — улыбнулась я. — Почему тогда не привезли с собой такой ценный продукт?
— К сожалению, он не хранится долго, а таких зачарованных сосудов, как у вас, у нас пока нет. Надеюсь, научимся и этому.
— Но с вами в группе есть девушка. Что же она не готовит вам его? — не унималась я, проявляя бестактное любопытство.
— Ээ… ммм… — как-то неопределенно протянул эльф, явно смутившись, — она сказала, что здесь нет нужных трав и…
— Вот как, — задумчиво прервала я собеседника, разглядывая лежащее на земле седло. Мысли потекли в совершенно другом направлении. — Тернирес, а ты вообще умеешь держаться в седле?
Эльф из открытого и благодарного моментально превратился в чопорного и высокомерного. Ответил мне снисходительно, как глупой маленькой девочке:
— Разумеется. Я с детства езжу верхом.
— А как тогда получилось, что ты упал с лошади? — не отставала я, разглядывая порванную подпругу седла. Мне кажется, или до середины она разрезана, а порвана лишь вторая половина?
— Подпруга лопнула, ты же видишь, — указал он на место разрыва. — Мы с Даниэлем здесь выезжаем третий день. Иногда вечером, иногда днем. На Буране обычно едет Даниэль, а я на вороном Ветерке. Но сегодня Ветерок в табуне, а Буран стоял здесь оседланный. Даниэля пока все равно нет, вот я и взял Бурана. Хорошо, что недалеко успел отъехать.
— Значит, Буран, был оседлан для Даниэля, — вполголоса бормотала я себе под нос. — Тихомир, — позвала я конюха, — кто седлал Бурана сегодня?