В темноте переулка глаза Конора сверкнули холодом и издевкой. Рука, в которой он сжимал оружие, не дрожала. Да и пошатывающаяся походка исчезла, словно маска, отброшенная актером. Либо Конор не так много выпил, как хотелось бы думать, либо он умел быстро трезветь.
— Ну и что тебе от меня надо? — выплюнул Конор. — Хочешь неприятностей?
Чего-то подобного Брайен и ожидал, а потому среагировал быстро: заклинание, сорвавшееся с пальцев, выбило нож из руки Конора. Тот зашипел, как разозленный кот, и отступил, но ненадолго. Ровно на столько мгновений, сколько понадобилось, чтобы сплести ответное заклинание и бросить его.
Брайен увернулся. У темноты переулка были и преимущества, и недостатки. С одной стороны, его противник реагировал замедленно, потому что был вынужден угадывать очертания во тьме, с другой — сам Брайен тоже плохо видел Конора. Приходилось больше полагаться на слух и на интуицию — ту самую, что нередко позволяла ему уклоняться от удара чужого клинка, еще до того, как тот был пущен в ход.
Разворот, выпад вперед, попытка уйти от разящей наповал магии. Треск заклинаний, налетающих друг на друга, должен был разбудить жителей дома, но ни в одном окне не вспыхнул свет. Очевидно, местные уже привыкли к тому, что их территорию используют в качестве разборок. Уж очень выгодное место для тех, кто желал пролить кровь: тихое, темное, расположенное вдалеке от полиции, зато в сотне шагов от городского канала, где так часто находили свое последние пристанище тела карточных шулеров и проституток.
Конор был сильным бойцом, но опыт в деле ведения открытого боя оказался на стороне Брайена. Одно из заклинаний вышло особенно мощным. Его удар пришелся в грудь и заставил Конора покачнуться, а затем рухнуть, как подкошенному.
Брайен щелкнул пальцами, призывая на ладонь сгусток пламени — ровно настолько мощный, что при желании с его помощью можно было бы испепелить противника. Но сейчас Брайен собирался использовать магический огонь в качестве источника света. Осторожно подойдя ближе к поверженному врагу, Брайен склонился над ним. Лицо Конора залила смертельная бледность, он тяжело дышал, но глаза сверкали яростью — почти физически ощутимый.
— Кто ты такой? — свистящим шепотом бросил он. — Чего хочешь? Если нужны деньги…
Конор закашлял. На его груди все отчетливее проступало огромное алое пятно крови. Кажется, Брайен ранил его даже сильнее, чем думал. Прежде ему не удавалось сплести настолько мощное заклинание.
Словно напоминание о том, кому он обязан возросшему магическому потенциалу, тишину разрезал негромкий женский голос: