Берет меня под руку и ведет к выходу. Со стороны выглядит галантно, а на деле он сжимает мой локоть с такой силой, что завтра точно будут синяки.
— Мне больно, — выдыхаю чуть слышно.
— Заткнись, — не разжимая зубов цедит он и выводит меня из зала, под прицелом чужих взглядов.
* * *
— Демид…
— Заткнулась, я сказал.
Не отпускает. Даже в лифте. Если я переступаю с ноги на ногу, он сильнее сдавливает пальцы и тянет на себя. Я уже на грани того, чтобы разреветься.
— Демид!
Полосует по мне взглядом, от которого в животе все обрывается и напрочь сводит горло. Я больше ничего не могу сказать. Меня просто парализует от стыда и страха.
Мы выходим на улицу, Барханов вызывает своего водителя. И через минуту перед нами распахивает двери черный автомобиль.
Меня так трясет, что не могу забраться внутрь самостоятельно. Тогда Демид бесцеремонно подхватывает меня за задницу и буквально закидывает внутрь.
Неловко падаю на сиденье, утыкаясь носом в кожаную обивку. Проклятое узкое платье, сковывает движения, в неудобных дешевых туфлях подворачиваются ноги.
Барханов усаживается рядом, называет водителю мой адрес, а потом кивком отдает распоряжение поднять перегородку.
Я не дышу. Жду, что сейчас на меня обрушится шквал недовольства. Потому что налажала. По полной. Даже на мой собственный взгляд это был перебор. Причем такой ядреный, что стыдно вспоминать. А перед глазами, как назло, стоит удивленная физиономия второго Барханова и испуганные глаза беременной, ни в чем не виноватой девушки.
Ду-у-ура! Просто конченая!
— Демид, — произношу жалобно, когда молчание затягивается, — ну прости меня, пожалуйста. Я больше так не буду.
Вскидывает брови и удивленно оборачиваться ко мне.
— Я же не знала, что у тебя есть двойник.
Я по ходу вообще ничего про него не знаю! Просто по нулям.
— Увидела тебя… то есть не тебя… но подумала, что ты… с какой-то… Ну и понеслось…
— Тебя вообще не должно было там быть, — он холодно обрывает мои бессвязные оправдания. Чеканит по слогам, забивая последние гвозди в мою потрепанную самооценку.
— Я хотела сделать сюрприз, — у меня начинают трястись губы. Еще немного и разревусь, как сопливая школьница.
— Нахер мне такие сюрпризы сдались?
— Думала, обрадуешься…
— По-моему, я четко и не один раз повторил с кем я иду на этот вечер и для чего.
— Я просто хотела доказать тебе, что не хуже этой твоей Воблы. И что тоже могу…
Ни хрена я не могу. Доказала. Всем. И себе в том числе.
Прикрыв глаза, со стоном откидываюсь на спинку сиденье. Бьюсь затылком о мягкий подголовник. Еще раз. Меня штормит от собственных эмоций. Кажется, еще мгновение и вывернет наизнанку от всего этого. От собственной тупости.