— Да что ты понимаешь!
— Уж побольше тебя, я книг про некромантов знаешь сколько прочитала?! Другой бы на твоём месте сейчас бы войско из скелетов поднял, захватил бы трон и спас девушку, но нет! Даже из тюрьмы нас с тобой спасла я и мой донум!
— Эй, давай-ка про тюрьму потише! — зашипел Март.
— Эй, лирта, это мой бокал! — возмутился какой-то незнакомый дядечка с окладистой бородой!
— Простите, лирта не в себе из-за несчастной любви! — Март кинул на стол несколько зеленоватых монет. — Лирте нужно на воздух!
— Сам ты не в себе! — слабо сопротивлялась я, пока он тащил меня на открытую и удивительно безлюдную, тихую террасу: очаровательно-уютную, с маленькими деревянными столиками в виде больших грибов с плоскими шляпками. На каждом из столиков в причудливых глиняных подсвечниках слабо горели довольно кривобокие восковые свечи. — Сам ты иди на воздух!
Мы остановились, Март почти силой усадил меня на небольшой стульчик без спинки, наклонился, глядя в лицо пугающе бездонными чёрными глазами.
— Я не настолько безнадёжен, Агнесса. То, что я умею и знаю, уникально. Если бы только не этот дурацкий случайный прокол тогда… Но они все ещё узнают, кого и что потеряли. Пальцы себе до локтей сгрызут.
— Эй, — я, кажется, даже слегка протрезвела. Стало холодно, как-то неправильно холодно. И тихо. — Прости. Не то наговорила.
Впрочем, возможно, мне просто показалось — про холод.
— Я тебе докажу, — голос Мартена звучал так приглушённо. Так незнакомо. Он наклонился, и извлёк из голенища сапога маленький узкий кинжал — лезвие блеснуло в свете свечи.
* * *
— Ты сошёл с ума, — сказала я, и в этот момент была точно, на все сто процентов с лишним уверена: да, он сошёл с ума.
А что? Что я в сущности, о нём знаю? Да, Март парень забавный, и в целом хороший, и не хотел бросить меня тогда, в тюрьме, и вообще… Но вот с другой стороны, привёл в дом утех, к кваркам этим кинул — будет так нормальный человек себя вести? Да и к тому же, донумы, кто их знает, как они влияют на сознание. Особенно то, что связано с некромантией, хотя даже сейчас Март не увязывался у меня с представлением о некромантах.
Некроманты должны быть такие страшные, жуткие, но красивые, властные, угнетающе-харизматичные, чтобы сама госпожа Смерть слюнями капала и руку для поцелуя протягивала. Такие как…
…следователь Лигран.
Точно.
Вот он — вылитый некромант. Или вампир. Нарисуй и на обложку. А Марту подошла бы роль молодого лешего. Лохматый и весь какой-то… некузявый.
Словечко, пришедшее на ум, едва ли не заставило улыбнуться — но нерождённая улыбка так и застыла на губах при взгляде на лицо Марта, на кинжал, зажатый в его руке.