– Здесь нельзя не пить, ни есть, ни спать.
Но свеча ему недоговаривала всего того, что может быть. Подойдя к колодцу, мальчишка сказал:
– Пить я не буду.
Он посмотрел в колодец и увидел, что он засох.
– Как досадно. Идёмте дальше.
Они прошли второй и третий, а на четвёртом колодце он не выдержал, взял ведро и опустил его в колодец. Вода переливалась, выплескивалась из ведра и дарила прохладу его рукам. Он посмотрел в ведро, и губы его чуть было не коснулись воды. Тогда клоны подбежали и стали отнимать у него ведро, и часть воды попала на Эли. Он сказал:
– Ладно, ладно, пить воду не буду. Но хотя бы умоюсь!
Свеча знала всё и мысленно радовалась, не подавая при этом вида. Все его подождали, и команда двинулась дальше. Это ещё сильнее разморило его, он то и дело закрывал глаза, но после того, как он прислонялся рукой к земле, кто-то громко смеялся и просил его: «Давай, ложись скорее и засыпай». И, вскочив и от ужаса побив себя по щекам, он продолжал идти дальше. Но не выдержал, споткнулся и упал в сонном состоянии.
Трава была мягкой, словно подавленное сено. И тут Жак словно с цепи сорвался: стал по нюху искать нужную могилу. Его привлекло что-то. А тем временем клон Эли будил своего создателя: толкал его и стал тормошить и щекотать, но Эли только перевернулся на другой бок и, вдохнув воздуха поглубже, уснул ещё крепче прежнего.
Жак закапывался всё глубже и глубже и, найдя в могиле останки колдуна, стал грызть: ведь инстинкт не обманешь. Хотя пёс и не ел никогда кости, но это показалось ему забавным делом. Когда клон Виоллы стала отнимать у собаки кость, она увидела, что там что-то светится. Это был тот самый амулет. Девочка показала костью в руке на светящийся огонёк и дала понять, что они нашли то, что искали. Клон Виоллы запрыгнула внутрь раскопанного захоронения, вынула наружу этот амулет, подбежала к сонному мальчику и надела амулет ему на шею. Но увы – ничего не произошло: он как спал, так и спал. Тогда свеча заговорила:
– Это бесполезно. Мы никогда его теперь не разбудим. Он уснул надолго в этом городе Эффигиа…
Но клоны Эли и Виолы не сдавались. Достав спички из сумки, клон разжёг костёр из травы, и когда трава разгорелась, они бросили в неё амулет и стали его нагревать. Когда трава прогорела, клон костью от призрака растормошил пепел, вынул амулет и накинул его на шею мальчика. Энжел Фрит Кроун выкрикнул:
– Что ты делаешь с амулетом? Ведь он мне принадлежит! Но его никто не послушал.
Эли взвизгнул от боли, и у него на шее слегка остыл горячий амулет.
И тут мальчик проснулся в больничной палате. Его сон закончился, но грудь его горела, а след от ожога давал ему жуткую боль.