– Перерисовать? – приор расхохотался. – Нет, конечно же. Разве можно сохранить природную прелесть этого рисунка, просто скопировав на бумагу? Нет, нет и нет. Он должен быть сохранен вместе с холстом. Вместе с этой чудесной, тонкой, нежной кожей.
– Н-но это моя кожа. – Голос стал похож на комариный писк.
– Ну и что? Да, придется срезать ее. И ты скорее всего умрешь. Но что поделать…
– В-вы можете просто отпустить меня.
– Отпустить? – Приор отошел на шаг и забавно склонил голову на бок, как птица. – Не думаю. Это ведь не просто рисунок. А символы проклятых еретиков, которые тысячелетиями оскверняли наш мир своей магией.
– Но я ведь не маг!
– Ты как проклятая рукопись. Можешь поблагодарить того, кто нарисовал тебе эти символы, испоганив юное тело.
Я тихо всхлипнула. А приор отошел к стене слева, зажег там еще одну лампу и нажал на ничем не примечательный камень в кладке. Раздался шорох, часть стены отъехала в сторону, открывая несколько полок.
– Так-так-так… Что у нас здесь… О, вот этот будет отлично.
Мужчина повернулся и шагнул ко мне, сжимая в руку небольшой узкий нож Да он же сейчас просто… страшно даже подумать… вырежет рисунок и бросит меня здесь, истекать кровью. Настоящий псих!
– Ну-ну, – улыбнулся тот. – Не надо бояться. Будет больно, но ты просто помни о том, что боль поможет вступить в царство Всеотца с очищенной, неоскверненной душой.
– Предпочитаю, чтоб душа оставалась при мне, – пискнула я, вжимаясь в камень стены с такой силой, будто надеялась через него просочиться.
Не хочу так! Просто не хочу! Ну кто-нибудь, помогите же!
Кончик ножа коснулся моей кожи. Приор медленно повел его вниз, я вскрикнула от болезненного укуса стали. И будто в ответ на мой крик раздался грохот. Дверь вылетела из петель, рассыпаясь трухлявыми обломками, а в подвал ворвался Кас c арбалетом в руках. За ним следовал взъерошенный Нейт.
Наверное, я бы упала от облегчения, если бы могла. Они нашли меня!
– Кто вы такие? – взвизгнул церковник, разворачиваясь.
Кас просто подлетел к нему, схватил за грудки и отбросил на стену. Приор ударился о камень и свалился на пол бесформенной кучей, потеряв сознание. А Кас шагнул ко мне и взялся за кандалы. Не знаю, как ему удалось, но через секунду металл глухо тренькнул, рассыпаясь, и мои руки оказались на свободе.
Я тихо взвыла от боли, прострелившей конечности от кончиков пальцев до самых плеч.
– Лара, очень больно? – бестолково спросил суетящийся рядом Нейт.
– Все хорошо. – Кас придержал меня за плечи, чтобы не упала.
Потом осторожно взял мои руки в свои и стал гладить пальцами, успокаивая.