- Ах ты... чмо болотное! Ты чего меня таким взглядом рассматриваешь! Тебе, видать, мало! Так я добавлю, чтобы на всю жизнь запомнил, бл... рогатое, чтобы ты ручищи с глазищами не распускал!
Острая босая пяточка со всего маха въехала наследному принцу в берцовую кость. Его брови взлетели и остались там надолго, глаза расширились так, что напоминали блюдца из королевского столового сервиза, подаренного отцу. Тогда ещё совсем юный принц с интересом рассматривал подарок, вертя крохотные чашечки и блюдца в руках и недоумевая, зачем они им нужны. Но отец его успокоил, сказав, что это очень дорогой подарок, и выполнен он из песков вод озёрных нимф. Уже то, что они разрешили кому -то коснуться их вод, делает смельчака героем. Альстрейд был удивлён и спросил, зачем им нужен такой подарок? На что отец ответил, улыбаясь, что сервиз подарен от чистого сердца, ну а применение ему всегда можно найти. Можно, например, угощать кофеем послов из других граней.
Сейчас наследный принц с полной уверенностью мог сказать, что размер его глаз и блюдец из сервиза совпадают. Крик боли застрял где-то в горле, да там и остался.
Рыжий сарафан вновь взлетел вместе с копной рыжих волос и стал удаляться, теряясь среди белых стволов берёз.
Наконец, фейерверк перед глазами принца пропал, и птички тоже улетели в неизвестном направлении, и от этого стало сразу как -то легче. Прислонившись головой к дереву, Альстрейд смотрел, как между деревьев мелькают оранжевый сарафан и голые пятки. Рыжие волосы девушки поднимались в такт её прыжкам и опадали, словно пламя костра.
«Что это сейчас было?» - спросил он жалобно у себя самого, надеясь получить ответ. Но внутренний голос подозрительно молчал. Г лаз опух и болел, на затылке наверняка будет синяк. Он потрогал голову, и его лицо перекосилось от боли, так и есть, вздулась огромная шишка. Нужно ощупать ногу, возможно, эта бешеная её сломала. Кусать её уже совершенно расхотелось, можно подцепить какую-нибудь заразу, а ещё хуже - какой-нибудь неизвестный вирус бешенства.
Принц осмотрелся, вокруг росли высокие деревья с белыми стволами и зеленой кроной, закрывая собой палящее солнце в двенадцатой грани мира. Это его и спасло, кожа вампиров сгорает от попадания только прямых солнечных лучей.
«Двенадцатую грань редко кто посещает, магии мало, живут только оборотни, и они яростно защищают свои земли от чужаков. Может, у них эпидемия бешенства гуляет? Вернётся назад эта чокнутая и покусает ещё. Ноги пора делать из этого незнакомого мира. Без магии я словно младенец, вампирская сущность не проявляется, и как теперь возвращаться во дворец? Желания совсем нет, не поймут придворные. Не поймут. А отец! Что это был за подарок?! Или решил посмеяться надо мной?»