— Айка, вот чертяка, и сюда забралась! — незлобливо ворчит наш блюститель порядка. — А я-то смотрю, машина вроде как твоя… А и правда! А дом… неужто твой?.. — удивляется он и, получив мой утвердительный кивок, цокает языком. — Ох, и шустрая ты девка! Ты это… скажи своему ворону, что я тут по работе. Сигнал вот отрабатываю…
Не решаясь покинуть своё укрытие, участковый затравленно взглянул на свирепого Ричарда и укоризненно на меня.
— Дядь Серёж, а разве Ваши полномочия и сюда простираются? — спрашиваю с удивлением и даже радостью.
А что, дядька он хороший, да и меня уже давно знает. Я культурно прошу Ричи захлопнуть клюв, и лишь после этого мужчина осмеливается выбраться из авто.
— Не, Ай, я сегодня на подмене. А приехал… — он снова покосился на ворона и пояснил чуть тише, — я это… по твою душу…
Оказывается, наш хороший участковый примчался сюда по сигналу неравнодушной соседки бабки Туси. И, надо сказать, уже не первому сигналу. Вот же старая перечница! Ей-то я чем успела насолить? А ведь и работяги на неё неоднократно жаловались — скандалит, угрожает, мусор через забор кидает. И вот — регулярно отстукивает участковому, что житья от новых соседей не стало — шумят, гудят… Да ещё и школьница сопливая на машине приезжает… И сама за рулём! Её, старую женщину, едва не переехала. Срочно принять меры!
— Айка, ты бы это… не связывалась с каргой, а то ведь она и повыше начнёт стучать. А оно тебе надо?
Мне не надо, конечно, но пояснить, что я пока ещё бабке не враг, я не успеваю…
Дядя Серёжа как раз рассказывает, как же мне повезло, что приехал именно он. И, конечно, теперь меня никто не тронет, и Павлу Ильичу он сам всё сообщит…
Кому-кому?
— Какому ещё Ильичу? — прерываю я его.
— Так это… — растерялся участковый, — как его… Калинину — о!
— Рябинину, — исправляю машинально.
— Ага — ему! — радостно согласился дядя Серёжа.
Вот же хрень какая… Рябинин меня окружил!
Нет, я вспомнила, конечно, что он вручил участковому визитку, но почему-то никак не связала с ним внезапно прекратившиеся жалобы соседей. У Ричарда всегда было немало «доброжелателей» в нашем доме — то громко каркает, то на бельё гадит, то цветы чужие склевал, то продукты у раззяв стырил… И вдруг такое долгое затишье. И снова спасибо Рябинину — прямо ангел-хранитель! Интересно, а как он старуху укрощать станет?
— Ох, Айка, когда ж ты уже вырастешь? — с досадой произнёс участковый, глядя, как я усаживаюсь за руль.
— Скоро, дядь Серёж, до августа потерпите, — машу ему рукой и завожу двигатель.
Мне не терпится умчаться домой, принять душ и рухнуть в постель. И никого не слышать! Руки болят по самые плечи и мелко подрагивают на руле.