Ответ где-то рядом (Рощина) - страница 4

Лет десять назад на этом месте располагался городской стадион, где ежедневно занимались школьники и регулярно проводились городские соревнования по различным видам спорта. Но потом власти города построили современную школу со всеми атрибутами, необходимыми для развития детей и молодёжи. В новой школе был бассейн, шикарный спортивный зал с душевыми кабинками и, конечно же, огромный стадион, расположенный на пришкольной территории. И, само собой, теперь проведение всех городских спортивных мероприятий плавно переместились на новый стадион. А про старый все благополучно забыли.

Футбольные ворота заржавели. Зрительские трибуны тоже. А само поле, траву на котором теперь никто не косил, а дорожки не утаптывал, поросло бурьяном. Жители близлежащих домов стали выбрасывать сюда бытовой мусор, перекидывая его через забор, а местные алкаши периодически собирались здесь, чтобы подальше от посторонних глаз устраивать свои посиделки. Оставшиеся после себя бутылки, они, естественно, не выкидывали, а оставляли на месте. И хотя большая часть пустыря, бывшего некогда городским стадионом, всё ещё позволяла парочкам, желающих уединиться, совершать на нём прогулки, в целом, сюда мало кто захаживал. А приличные люди вообще старались обходить это место стороной, чтобы не навлечь на себя неприятности со стороны того непонятного контингента, который периодически здесь ошивался. Тем более что стоило отойти от пустыря метров на сто, как ты снова возвращался в цивилизацию с асфальтированной дорогой, жилыми домами и магазинами.

И вот полицейские подъехали к пустырю, вышли из служебной машины и прошли через ржавые ворота на территорию бывшего стадиона.

– А ведь когда-то я здесь футбол гонял, – с сожалением в голосе произнёс Андрей Кондранин, которого приятели по-дружески называли Кондрашкиным, что ему, естественно, совсем не нравилось, но он терпеливо сносил это, так как не обладал такой силой характера, чтобы ставить на место каждого, кто был не воздержан на язык.

– А я эстафету бегал, – поделился своими воспоминаниями его напарник Борис Елисеев. – Катька всё время приходила болеть за меня. Всегда сидела на верхнем ряду трибуны, чтобы ей было лучше видно.

Катя являлась женой Бориса, но в том времени, о котором сейчас рассказывал Елисеев, она была ещё его одноклассницей, с которой у него только начинались романтические отношения.

– А меня девчонки вниманием не баловали, – грустно произнёс Кондранин, который в свои двадцать семь ещё не был женат, тогда как все его ровесники уже давно обзавелись семьями и даже стали родителями.