— Знать бы, сколько их будет. Что, если он все-таки один? — Василий поднялся и поглядел на Горюнова поверх крыши машины. Заметив, что Петр покачал головой, Егоров решился: — Сворачиваемся. Я не могу…
— Поздно, — возразил Петр. — Они уже тут. Отойди вон за те камни, не делая резких движений, — Петр едва заметным кивком указал на бетонные блоки, нагромождения из которых были за спиной Егорова. — Без суеты.
Василий не стал препираться. Не торопясь, словно ему приспичило по нужде, он отошел за камни. Через мгновение к нему медленно двинулся Горюнов, захватив из багажника тяжелый по виду рюкзак. Багажник он не закрывал. Последние метров сто до укрытия из бетона он несся, пригнув голову от свистевших над нею пуль. Замаскированные в автоматной стрельбе, Василий услышал одиночные выстрелы из снайперской винтовки.
Запыхавшийся Петр аккуратно положил рюкзак на усыпанную камнями землю.
— Это они? Как ты узнал, что они здесь?
— У меня более острый слух, чем у лошади в пустыне в беззвездную ночь, — Горюнов не стал серьезнее. Он сейчас выглядел бодрым и напружиненным, как человек оказавшийся в родной стихии. — Я их повадки изучил. Вот только что их насторожило, чего это они решили нас прикончить? Может, выкинуть белый флаг? У тебя какого цвета бельишко?
— Гутрой своей размахивай. Не смешно, — Вася заглянул в рюкзак. Там лежали гранаты и патроны россыпью и несколько уже набитых магазинов. У майора побежал пот по спине. — Где твои спецназовцы?
— Они такие же мои, как и твои. В полутора часах отсюда. Перепутали населенные пункты. Бывает, знаешь ли… Для них что Салкхад, что Салькин, что Серкаб — всё одно.
Горюнов пригнулся, так как на них излилась новая порция свинца.
— Зато теперь руки развязаны. Нас не обвинят в уничтожении курдов. Главное, не попасть в нашего Салара. Хорошо бы разделиться и подобраться к их машинам поближе. Они, наверное, за теми домами. Видишь акацию? — Петр в расщелину между камнями показал на пыльное дерево. — Они, скорее всего, вон за тем домом, правее, поставили. Там дорога поворачивает.
— Ты всерьез думаешь с ними справиться? — Василий взглянул на Горюнова. Тот снял гутру, вытер ею пот и пыль с лица, а затем свернул и спрятал в карман разгрузки.
— Сдрейфил? Либо мы их, либо они нас. Или ты предлагаешь сказать, подождите часик, пока наши подъедут? А мне говорили, что ты хороший стрелок.
— Я понял насчет машин, — кивнул разозленный и напряженный майор, побледневший то ли от белой пыли, которую выбили пули курдов из бетонных блоков у него над головой, то ли от волнения. — Снайпер меня больше всего беспокоит.