Но пожалуй, наибольшей удачей этого периода следует считать захват «языка» разведчиками 24-й гвардейской стрелковой дивизии. Группа в составе 12 человек, которой командовал гвардии старший сержант М. Гоцул, проникла к вражескому аэродрому и организовала засаду У тропы, ведущей к железнодорожной станции. Ближе к полуночи послышались шаги.
— Приготовиться! — подал условный сигнал гвардии старший сержант.
Через минуту вражеские офицер и солдат оказались в руках наших бойцов.
Пленный офицер был полковником, командиром артиллерийского полка. На допросе мы получили от него подробные сведения о Кенигсбергской крепости, которые помогли нам составить довольно полное представление о вражеских укреплениях.
Крепость состояла из собственно цитадели и двух линий фортов — внутренней и внешней. Внутренняя линия включала 24 земляных форта с открытыми позициями для артиллерии. Форты размещались на окраинах города и окружали его со всех сторон, создавая в сочетании с приспособленными для обороны зданиями прочные узлы сопротивления. В двух фортах внутренней линии существовали кирпичные артиллерийские казематы с бетонным покрытием толщиной до 80 сантиметров.
Внешняя линия, проходившая в шести — семи километрах от центра города, имела 12 основных фортов и 3 дополнительных. При фортах, как и на внутренней линии, были открытые позиции, обнесенные земляными валами. Перед ними гитлеровцы вырыли рвы шириной 6—10 метров и глубиной 3 метра. Рвы заполнены водой. Внутри фортов имелись подземные склады и казармы. Все сооружения соединялись переходами, большинство которых скрыто под землей.
Промежутки между фортами заполнялись укреплениями полевого типа, дотами. Полевые сооружения включали в себя две-три, а местами и четыре линии траншей, перед которыми были установлены проволочные препятствия и мощные минные поля. Все, что сообщил нам гитлеровский полковник, полностью совпадало с данными, полученными из других источников.
Из показаний пленных нам стало известно, что в районе железнодорожной станции Метгетен, что западнее Кенигсберга, находится подземный артиллерийский завод, ремонтирующий орудия и поддерживающий таким образом мощь вражеской артиллерии. Однако точно указать место, где он расположен, никто не мог. Фашисты скрывали это даже от своих военнослужащих. Установить его местоположение было бы очень важно. Наша бомбардировочная и штурмовая авиация, получив от нас целеуказание, могла бы сказать свое веское слово.
После некоторых раздумий мы решили направить в район станции Метгетен специальную разведгруппу во главе с уже известным читателю гвардии капитаном Горобцом. Не стану останавливаться на тех испытаниях, которые выпали на долю разведчиков во время выполнения этого чрезвычайно сложного задания. Скажу лишь, что оно было выполнено. Но гвардии капитан Горобец оказался тяжело ранен — пятый раз за время войны. Боевые друзья, бережно положив на плащ-палатку своего командира, вынесли его в расположение наших войск.