— Прикиньте, на нас неплохо ставят.
— В смысле на нас? — уточнил Серый.
— На нашу команду в «Крыльях Феникса», — пояснил Денис. — Мы не фавориты, но близко.
— И что это значит?
— Скорее всего, видео с дня рождения Мальцевой широко разошлось, а в твою версию, что ты постучал Сысоеву по плечу, никто не поверил. — Он усмехнулся, оглядел нас и спросил: — Случилось что? Вы как на похоронах.
— Да нет, ничего такого, — ответил я. — Все нормально. Погода просто мрачная.
— Погода, ага.
Но больше ничего говорить не стал, замолчал и уткнулся в телефон. Поди, пытается из «Кланового вестника» вытащить причину нашего плохого настроения.
До нашего приезда к Мальцевым ему так ни за что не удалось зацепиться, поэтому вылезал он с задумчивой физиономией.
С задумчивой же физиономией встречал нас Мальцев, но вся задумчивость с него слетела тут же, как заметил печатку Вишневских на моей руке. Он поманил меня к себе и набросил купол от прослушивания.
— Знакомая вещичка, — бросил Мальцев, нехорошо сощурившись.
— Так и знал, Игнат Мефодьевич, что она вас порадует, — бодро сказал я. — И фотографии тоже.
— Какие фотографии? — заинтересовался он.
Я не жадный — показал сразу снимки мумии. Правда, делал я их так, чтобы не было понятно, в каком помещении снималось, и акцентировал на лице и руках с многочисленными артефактами.
— Сдох-таки, — удовлетворенно выдохнул Мальцев. — Собаке собачья смерть. Где она его настигла?
Он подался ко мне с алчным блеском в глазах, словно планировал вцепиться мне в шею и сжимать челюсти, пока они не треснут. Почему они? Потому что моя шея в комплекте с защитным артефактом точно была устойчивее его челюстей.
— Я пока жилой этаж чищу, — ответил я с глубоким вздохом. — Тяжело идет. Приходится все выжигать. Тела фотографирую, потом тоже сжигаю.
— Зачем это? — удивился он.
— Пакости много там всякой ненужной, — пояснил я. — Опасной. С Императорской гвардией согласовано, что я им трупы в порошке выдаю.
Мальцев пожевал губами, наверняка прикидывая, куда может использовать Императорская гвардия трупы в порошке. Честно говоря, я лично вариантов видел не так много: пепел магов, умерших нехорошей смертью, использовался в некоторых ритуалах. Но я такие ритуалы не практиковал, а если бы практиковал, не стал бы использовать конкретно этот пепел. Все же смерть была слишком нехорошей по любым меркам.
— Опасной пакости там много, — наконец согласился Мальцев. — И одну из них ты таскаешь на пальце, как малолетний дебил, коим ты, впрочем, и являешься.
— И какая это опасность? — напрягся я проглотив оскорбление.