В три часа дня Виктория вошла в офис господина Протасова на Большой Пушкарской…
* * *
Полина и Поповна, умиротворенные, шли по Невскому проспекту и не спешили расставаться.
Поповна прижимала к груди книгу, подаренную Викторией Королевой, а Полина улыбалась, глядя как счастлива великанша.
— Давай зайдем в кафе-мороженое, — предложила Полина.
Ей так не терпелось поделиться хоть с кем-нибудь переменами в своей судьбе.
— У меня нет денег, — робко возразила великанша. — Может, посидим на лавочке в скверике?
— Нет, мороженого. Я тебя приглашаю!
Полина смотрела на Поповну с гордостью.
Может она себе позволить доставить человеку радость? Тем более человеку, которого наверно никто никогда никуда не приглашал.
Полина усадила Поповну за крошечный столик, упорхнула к стойке и вернулась с двумя вазочками мороженого. В руках у великанши вазочка казалась крохотной, ела она степенно и очень аккуратно, держа ложечку двумя пальцами. Полина рассказала Поповне о том, как долго пыталась устроиться на работу и как неожиданно для себя попала к Виктории. Полине хотелось рассказать и о том, что она нашла своего отца, но она не знала с чего начать…
Кто-то тронул Полину за плечо. Вадим вежливо улыбнулся ее спутнице и, наклонившись к Полине, прошептал:
— Отец просил приехать. Что-то срочное…
Полина растерянно посмотрела на Поповну, но Вадим уже объяснялся с нею, извиняясь за то, что вынужден немедленно увезти Полину.
— Да-да, — сказала та. — Мы ведь не в последний раз видимся…
Поповна осталась в кафе доедать в одиночестве мороженое. Полина с грустью помахала ей рукой сквозь стекло витрины и села в машину.
Они ехали недолго, потом Вадим повел ее проходными дворами.
— Это рядом, — бросил он через плечо.
Через несколько минут они, запыхавшись, входили в кафе «Летучая мышь». Вадим провел Полину во вторую комнату, усадил в кресло и исчез. Полина замерла от восторга. Стены расписаны какими-то таинственными узорами, в центре — небольшой помост, а на нем — огромный раскрывшийся цветок, сделанный из черного металла. Она осторожно заглянула внутрь и удивленно вскинула брови: на дне цветка лежал красный матрац и подушка, словно кто-то собирался устроиться там на отдых.
Вадим вернулся и взял телефонную трубку, отмахиваясь от вопросов Полины. Он приложил палец к губам и, шепнув: «Потом!», — подал стакан сока.
По телефону Вадим диктовал какие-то цифры, повторяя каждую по два раза. Полина слушала вполуха, пила сок и разглядывала комнату. Тут ей показалось, что в комнате туман. Она протерла глаза, но туман почему-то усиливался. Ноги налились свинцом, занемел язык. «Господи! — подумала Полина. — Наверно, у меня высокая температура. Что-то мне совсем плохо…»