— Вот поэтому я и продолжаю таскаться за ними. Даже теперь я еще иногда нужна Элистеру. Сейчас ведь война. Я даже не знаю, увижу ли его снова. Я не могу просто так повернуться и уйти.
Лора молчала. С переднего сиденья доносились оживленные голоса мужчин, обсуждавших какое-то усовершенствование, внесенное неким Николсом в систему подачи авиационного топлива, и, если Робин одобрял его целиком и полностью, Кэри считал абсолютно бесполезным, если не опасным.
Петра открыла сумочку, вынула пудреницу и привела свое лицо в порядок.
— Я не слишком накрасилась? — спросила она.
— Есть немного, — кивнула Лора и тут же добавила. — Но выглядит очень эффектно.
Петра потрясла головой — в точности как рассерженный котенок.
— С косметикой всегда так: чем ее больше, тем уверенней себя чувствуешь и тем скорее себя выдаешь. Сейчас ее на мне столько, что Тайнис все поймет с первого взгляда.
— Так убери немного. Нет, только не помаду — с ней как раз все в порядке. Да, вот так. Теперь гораздо лучше.
Петра защелкнула пудреницу.
— Ты, наверное, удивляешься, с чего это я разоткровенничалась. Мы ведь всего второй раз и видимся. По правде сказать, я сама удивляюсь. Наверное, дошла уже до такого состояния, когда просто необходимо выговориться. А ты так хорошо слушаешь. — Она рассмеялась. — И потом, с незнакомыми людьми всегда проще: они, по крайней мере, не лезут с советами. Ненавижу за это своих родственников. А ты?
— Нет, — улыбнулась Лора.
— Наверное, они у тебя другие. Мои постоянно лезут с советами. «Подожди, ничего не делай, сам все поймет. Еще прощения прибежит просить!» Самое скверное, они правы, только мне-то от этого не легче. Ладно, черт с ними, давай поговорим о чем-нибудь другом. Ты умеешь готовить?
— Не очень. А ты?
— Еще как! Мои омлеты любого повара заставят позеленеть от зависти. — Она протянула руку и ткнула Робина в спину. — Правда?
— Что правда? — обернулся тот.
— Что я замечательно готовлю, а от моих омлетов с ума можно сойти.
— У меня нервы крепкие, меня каким-то там омлетом не напугаешь, — усмехнулся Робин и снова отвернулся.
Петра показала его спине язык и улыбнулась Лоре:
— Эти мужчины ни черта не смыслят в кулинарии!
Лора навсегда запомнила Прайори именно таким, каким впервые увидела в тот пасмурный январский вечер. Еще не было и четырех часов, но солнце, скрывшись за жмущимися к земле тучами, быстро катилось к горизонту. Проехав по утопающей в зелени аллее, они свернули на гравийную дорожку, в конце которой возвышалось величественное серое здание, полукругом обступившее мощеный внутренний двор с фонтаном. Справа к зданию примыкала полуразрушенная церковь. Лора опустила стекло и, высунувшись в окошко, восхищенно смотрела вперед.