– Кузя, а может, мы пока… – жалобно проговорил Котя, крепко меня обнимая.
– Нет, Котя, у нас не так много времени, а чувство долга прежде всего. Мы два года не отмечали вместе этот день, и главное для меня сейчас Дашка.
– Признаю свои ошибки, я эгоист.
– Тогда пошли.
– А вы всегда вместе отмечали этот день?
– Пока Дашке не стукнуло четырнадцать. Она уже загодя стала намекать, что хорошо бы ей отдельно справить день рождения, только с ребятами, и чтобы я тоже куда-нибудь убралась. А я, честно говоря, вообще хотела в тот год все замотать, денег совсем не было. Попробовала заикнуться Дашке, но в глазах у нее такая печаль отразилась, что я пообещала что-нибудь придумать. Занимать мне не хотелось, и я продала свое колечко, еще мамино, тоненькое золотое колечко с маленьким изумрудом, очень изящное. Дашке я, конечно, ничего не сказала, наврала, что мне заплатили за какую-то старую работу. День рождения вышел на славу, и она была ужасно довольна – все ребята говорили, какая у нее клевая мама!
– А ты, значит, без дня рождения осталась?
– А вот и нет! Мои подружки, Алевтина и Лера, обзвонили всех, объяснили ситуацию, и все явились с выпивкой и закусками. Было ужасно весело! Знаешь, Котя, почему я такая оптимистка? Потому что у меня в жизни всегда так, в самых разных областях – вот, кажется, уже все, край, еще немного – и хана, но в последний момент происходит чудо и все как-то образуется.
– Вот-вот, я там, в «накопителе», сразу заметил, что еще немного – и тебе хана, и сразу образовался.
– Ты, конечно, наглый, но я все равно рада, что ты у меня есть.
– И я рад, что я у тебя есть, так мне за тебя спокойнее.
Нагрузившись, как вьючные животные, хотя основную поклажу нес, конечно, Котя, мы остановились у подъезда перевести дух.
– И как теперь переть это все наверх?
– А может, молодежь уже дома, покричи-ка им.
– Да нет, окна закрыты – значит, никого.
– Тогда постой тут, а я сейчас!
Он выскочил на улицу и скрылся. Минут через пять он вернулся с каким-то свертком, сияя торжествующей улыбкой.
– Что это, Котя?
– Терпение, мадам! Дай-ка мне ключи, а сама стой тут!
– Котя, что ты придумал?
– Погоди, увидишь!
Вскоре распахнулись ставни на галерее, и Котя спустил на веревке большую хозяйственную корзину.
– Кузя, давай загружай, да не так, равномернее распределяй, вот умница! А теперь отойди от греха! – И он потянул корзину наверх. Так он перетаскал все наши покупки. – Кузя, я и тебя бы так поднял, но, боюсь, корзина может не выдержать!
– Ничего, налегке я и сама как-нибудь уж влезу!
Но ты, несомненно, гений!