– Чтобы ты завтра тоже была красивая. Папа пригласил нас на обед!
До меня не сразу дошло.
– Папа? Уже и папа?
– А что тут такого, мамочка? Он сам сказал, чтобы я звала его папой. Знаешь, как это приятно!
Бедная моя девочка!
– Данечка, родненькая, умоляю, не надо!
– Почему, мамуля, я как раз хотела тебе сказать, он мне очень-очень понравился, он добрый, красивый, и потом, мне его жалко.
Черт бы его взял!
– Знаешь, он когда уходил, я пошла его немножко проводить, мы с ним сели на лавочку, и он мне столько рассказал… Как он тебя любил, как мучился от этой любви и как меня полюбил прямо с первого взгляда… а еще он сказал, что счастлив, что у него есть я, и потому что я это я, и еще потому что я часть тебя. Вот! А еще он рад, что у вас с ним в этом мире есть что-то общее…
– Час от часу не легче!
– Мама, ты ему не веришь?
– Знаешь, детка, если взять ведро чая и бросить в него ломтик лимона, то вкус чая ничуточки не изменится.
Вот так же и с правдой в словах твоего папочки. Ведро слов и малюсенький ломтик правды.
– Какое странное сравнение. Ты, наверное, хочешь чаю?
– Очень!
– Ну так бы и сказала! Я сейчас тебе принесу.
– Нет, пошли на кухню, мне еще и есть захотелось.
– Вечная история – при гостях ничего не ешь, а ночью нажираешься.
– Скажи уж сразу – как свинья!
В квартире не было заметно никаких следов праздника, только цветы в вазах напоминали о дне рождения.
– Даша, это ты так все убрала?
– Нет, это Вавочка с Маней, и Стае еще помогал.
Здорово, правда?
– А Котя когда ушел?
– Он еще долго охранял твой сон, надеялся, видно, что ты сама проснешься. Но ты так сладко спала, и он взял» с меня слово, что я не стану тебя будить. Мам, а ты правда согласилась выйти за него?
– Да вроде…
– Подумать только, в прошлую субботу мы с ним познакомились, самолет не считается, а в эту ты уже за него замуж собралась…
– Но ведь ты в тот же день от меня этого требовала, что же теперь тебя смущает?
– Папу жалко…
– А при чем тут твой лапа? Он на мне жениться не собирается, да я и не пошла бы за него ни за какие коврижки. А с Котей я за эту неделю так сроднилась…
– Да, он тебя любит, это сразу видно. Мам, а ты папу совсем, ни каплюшечки не любишь?
Как легко она освоила слово «папа», выходит, ей этого все же не хватало, но какой из Марата папа для нее? Своим детям, насколько я знаю, он был неплохим отцом, но для моей девочки… Где ему набраться храбрости?
– Дашенька, милая, понимаешь, Марат такой человек… Ему сейчас кажется, что для него нет ничего важнее тебя, он не врет, он действительно в это верит, но потом он вернется в Москву, к реальной жизни, в которой для тебя нет места, да и быть не может. Он слишком слаб и уже стар, чтобы что-то рушить. Он, конечно, помучается, поугрызается, потоскует, а потом просто отсечет тебя, как в свое время отсек меня. Поверь, когда ты любишь, а тебя отсекают, – боль невыносимая.