«Да, веселая, судя по всему, старушка», — подумала Соня.
— Она у вас приватизирована была, когда вы ее продавали?
— Конечно, Вадим Георгиевич сам этим занимался.
«Заладила свое — „занимался, занимался“! Хлебнем мы с ней горя!» Соня наконец поняла, какой финт замыслила Людмила Павловна: разница между до-кризисной и послекризисной ценами квартиры — раза в полтора, если не больше. Сумма в долларах достаточно приличная, если учесть, что это «сталинка» и действительно недалеко от центра. Из воздуха деньги получаются. Только одного не понимает старушка, что новые хозяева откажутся ей квартиру продавать. Или она уже с ними договорилась и они согласны?
— Вы по поводу продажи новым хозяевам звонили? — поинтересовалась Соня.
— Я, честно говоря, думала, что этим вы должны заняться, — сказала Людмила Павловна.
— Ой, — вздохнула Соня. — Ладно, диктуйте адрес и телефон. Только учтите, если они откажутся, мы что-либо сделать будем бессильны. Любой другой вариант — пожалуйста. Вы другие варианты будете смотреть? Примерно такого же плана — трехкомнатные «сталинки» в этом же районе?
— Зачем мне другие? — возмутилась Людмила Павловна. — Другие мне не нужны. Вы мне мою квартиру назад продайте.
«Что это, сумасшествие или старческий маразм?» — подумала Соня.
— Хорошо, Людмила Павловна. Я, как только все выясню, сразу вам перезвоню.
— А когда Вадим Георгиевич будет? — вернулась к своему Людмила Павловна. — Вы, я смотрю, как-то странно на мою просьбу реагируете.
— Почему странно? Я ведь пообещала вам связаться с новыми хозяевами! — возмутилась Соня.
— Можно, я его здесь подожду?
— Знаете, сегодня он вряд ли вернется в офис, — довольно жестко сказала Соня. — Вы не волнуйтесь, о результатах моих переговоров я сразу дам знать. Всего доброго!
Однако Людмила Павловна не уходила. Она сняла шляпу, расстегнула пальто и закинула ногу на ногу. . — Звоните, звоните, девушка.
— Ну, хорошо. — Соня вздохнула и сняла трубку…
* * *
«Господа чижики» сидели в кафе за столиком у стены. Седой потягивал джин из банки, нервный пил кофе и ел пирожки с грибами. Вадим подошел к столику, выдвинул стул, сел.
— Ну что, как наши дела? — поинтересовался он деланно безразлично.
Старался держать себя в руках, но голос все равно дрожал, выдавая волнение.
— Как сажа бела, — ответил седой.
— То есть?
— Сбежал твой клиент средь бела дня, — сказал нервный. — Из машины дернул. Стекло расколотил и дернул. Помогли ему. Может, ты знаешь — кто?
Вадим мгновенно вспотел. Теперь главное — не выдать себя. Он ничего не видел, ничего не слышал, ничего никому не говорил. Иначе… Иначе, как говорится, реакция непредсказуема.