– Покупкой? Вы, наверное, подразумеваете документы об инвестировании? – сказала недоуменно Мойра.
– Вы полагаете, что отец всего лишь вкладывал деньги в эту недвижимость с целью получить налоговую льготу? – переспросил Таггарт не менее удивленно.
– Именно так все и обстояло, – с улыбкой сказала Мойра. – Вы внимательно читали бумаги?
И вновь интуиция Мойры Синклер поразила Таггарта: самих документов он так толком и не прочитал, удовлетворившись заверениями Мика, что отец является владельцем всего замка. Неужели Мик заблуждался? Трудно было поверить, что отец всего лишь вкладывал в эту недвижимость деньги. Но почему же все-таки Мик особо подчеркнул, что ему следует серьезно отнестись к возложенным на него обязанностям наследника имущества своего отца? Досадно, что тогда он пренебрег документами, находившимися в кожаной папке, и увлекся чтением писем Мойры, подумал Таггарт и задал ей коварный вопрос:
– А почему бы вам просто не объяснить мне, в чем суть ваших договоренностей с моим отцом?
Она настороженно взглянула на него и спросила, в свою очередь:
– Уж не намекаете ли вы на то, что в наших отношениях было нечто непристойное? Если так, то будьте мужчиной и примиритесь с этим, а не терзайте меня двусмысленными вопросами!
Таггарт отдал должное ее хладнокровию и уму и выразился более определенно:
– Я не думаю, что в вашем соглашении подразумевалось хоть что-то непристойное, но мне трудно не задаться вопросом: зачем вообще моему отцу понадобилось заключить его с вами? Вряд ли бы он стал вкладывать в полуразрушенный замок большие суммы только ради незначительных налоговых льгот. Я позволю себе предположить, что он надеялся преумножить свои капиталовложения. Но если судить по весьма неприглядному виду этого строения, значительных реставрационных работ здесь и не производилось. Чему, впрочем, не трудно найти объяснение: вы умышленно не спешили улучшить облик здания, чтобы отец не смог его продать и тем самым лишить вас родного дома. А ведь именно так он и поступил бы рано или поздно! Да, теперь я наконец-то понял, в чем заключался его замысел – привести ненавистное ему родовое гнездо в порядок и навсегда от него избавиться, а заодно и от своего постыдного наследия, которое вам представляется достойным гордости.
Мойра посмотрела на него как на сумасшедшего. Выглядел он в этот момент действительно возбужденным и взволнованным снизошедшим на него озарением. Иного разумного объяснения поступка своего папаши он не видел.
Но Мойра не приняла всерьез его слова. Она была поражена странным отношением самого Таггарта к своему родовому имению.