Все рухнуло в одночасье благодаря его собственной глупости и жадности, что Марат видел с жестокой ясностью. Он здесь же, у магазина, перепродал только что купленный предмет двум холеным иностранцам и получил за это два года, разумеется, с конфискацией. Вот тогда-то, ворочаясь на жестких нарах и в бессильной злобе кляня свою несчастливую судьбу, он вдруг отчетливо понял, что возврата к прежним планам нет. Он, как некий Фауст нашего времени, возмечтал перехитрить всех, соединив молодость; деньги и большую науку. Но вышло так, что Фауст перехитрил себя. Наука отпала начисто, осталась молодость, но к ней нужны были деньги - теперь уже во что бы то ни стало.
Позавчера они позвонили старому Калгану из автомата напротив. Марат представился приезжим коллекционером из другого города, объяснил, что телефон ему дали в нумизматическом обществе. Он знал, на чем подловить старика: сказал, что у нею в обменном фонде имеется уникальная русская монета - свадебный рубль, а ему требуются кое-какие другие. Нельзя ли встретиться с Давидом Моисеевичем, чтобы все это обсудить? Осторожный Калган предложил увидеться в обществе, приезжий с легкостью согласился. Договорились через час. Когда старик открыл дверь, чтобы выйти из квартиры, они с Шурой втолкнули его обратно, связали и положили на кровать. И все время, пока укладывали кляссеры с монетами в чемодан, Марат с мстительной радостью видел перед собой лицо Борьки - розового обалдуя. Вечером он сам позвонил в милицию и сообщил об ограблении: в их планы не входило, чтобы старик отдал Богу душу.
На следующий день они пошли к старухе, вдове известного художника. Когда-то ее муж читал лекции на факультете, и студенты теперь иногда помогали вдове: выполняли небольшие поручения в городе, перевозили летом на дачу. Она отплачивала им вкусным липовым чаем и потрясающими воспоминаниями - с ней водили дружбу Бенуа, Фальк, Лентулов, Бакст, Коровин, кажется, даже Кандинский. К восьмидесяти годам старушка ослабела телом, но дух все еще сохраняла светлым и ясным.
В бытность студентом сам Марат не бывал здесь, все не хватало времени. Но от однокурсников знал, что свидетельствами этой старинной дружбы висят по стенкам великолепные картины. Знал он и про домработницу, постоянно живущую в квартире.
Когда обсуждали план, Стариков предложил так и сказаться - студентами. Но Марат был категорически против: студенты - это конкретная привязка, оглянуться не успеешь, как выйдут на него. Нужен ход простой, доступный в принципе каждому, а значит, максимально безликий. И вот несколько дней назад вдове позвонили из домоуправления, поинтересовались, как работают краны, не гудят ли трубы. Дом был старый, давно без капремонта, и трубы, разумеется, гудели, и краны, конечно, текли. Пообещали на днях прислать слесарями вчера наконец слесарь явился.