Было четыре часа утра, но когда Лаки свернула за угол и оказалась у главного входа в отель, то увидела, что празднество все еще продолжалось: машины подъезжали и отъезжали, кто-то из гостей пьяной походкой выползал глотнуть свежего воздуха, кто-то хвастался своими победами, кто-то проклинал поражения.
Она привела в порядок джинсы. Молния была в порядке, а вот верхняя кнопка на поясе отсутствовала. Быстрым движением Лаки одернула вниз майку, чтобы прикрыть зияющую дырку, и нырнула внутрь. Стараясь не обращать на себя внимания, она прошла сквозь казино и вдоль стен направилась к заднему лифтовому холлу.
— Лаки?
Oна не остановилась, даже шага но замедлила.
— Лаки! — Голос раздался ближе, на плечо легла чья-то рука.
Она обернулась с широко раскрытыми, по-детски невинными глазами. Рядом стоял Марко. Настоящий Марко, а не какая-нибудь жалкая его копия.
— О! — со вздохом облегчения вырвалось у нее. — Это ты!
Марко смотрел на нес странным взглядом.
— Что это ты тут делаешь?
— Я… не могла заснуть. Вышла прогуляться.
— Где же это ты гуляла?
От Лаки волнами исходил крепкий винный дух.
Она неопределенно пожала плечами.
— Так. Тут неподалеку.
— А Джино знает, что ты вышла?
— Он спит. — Лаки решила рискнуть — вдруг и правда? — Мне не хотелось тревожить его.
— Девочка, если бы он узнал, что ты вышла па улицу, он и в самом деле встревожился бы, будь уверена.
Топ, которым произносились эти слова, заставил Лаки вздрогнуть.
— Я проголодалась, — кротко сказала она. — Тут где-нибудь можно раздобыть сандвич?
— Я распоряжусь, чтобы тебе принесли в номер. Она посмотрела ему прямо в глаза.
— Мне еще не хочется возвращаться в номер. В задумчивости Марко почесал щеку, соображая, что предпринять. Если Джино проснется и обнаружит, что дочери в номере нет, он сокрушит стены. Где же она все-таки шлялась? Вид у нее такой, будто она стала непосредственной участницей собачьих боев.
— О'кей, сейчас мы раздобудем тебе сандвич. Пошли. Марко отвел ее в небольшую кофейню, усадил в кабинку, подозвал официантку и сказал Лаки, что отлучится ровно на минуту.
А затем он сделал совершенно правильную вещь. Он позвонил Джино, чтобы поставить его в известность.
— Сукина дочь, — прозвучало в трубке. — И где же она была?
— Не знаю, — ответил Марко. — Попытаюсь выяснить, а затем приведу ее наверх.
Лаки довольная сидела в кабинке, жевала изобретенный Синатрой сандвич, запивая его кока-колой. Марко уселся рядом.
— Это просто шик! — с подъемом воскликнула Лаки. — Нам с тобой нужно общаться вот так почаще.
Накинув на себя купальный халат, Джино прошел в спальню дочери, обнаружив там засунутые под одеяло подушки, и едва слышно выругался. Похоже, что приручить Лаки совершенно невозможно. Ее нужно защитить от нее самой. Значит, он принял правильное решение. Теперь в этом можно быть полностью уверенным.