— Вы ведь сказали, что отопление не работает, — заговорил Уландер, — так вот я проверял...
— В этой комнате отопление отлично работает, — заявил Хейз. — Речь шла о соседней комнате.
— А! — качнул головой Уландер. — Вот как!
— Да, так.
— Действительно. Я тут пощупал батарею и мне показалось, что все в порядке.
— Естественно, — сказал Хейз, — потому что оно и было в порядке. Сегодня утром я вам сказал, что не работает отопление в номере сто четыре. А это — сто пятый. Вы что, новичок здесь, мистер Уландер?
— Я, наверное, вас не понял.
— Надо полагать... Не стоит допускать такие ошибки, мистер Уландер, особенно если иметь в виду, что гора кишит полицейскими.
— О чем вы говорите?
— О девушке. Когда эти так называемые полицейские примутся расспрашивать, то, пожалуй...
— О какой девушке?
Хейз долго смотрел на Уландера. Удивление, написанное на лице его и в глазах, казалось достаточно искренним, но возможно ли, чтобы на горе Роусон нашелся человек, еще не слыхавший об убийстве?
Возможно ли, чтобы Уландер, управляющий пансионатом, переполненным лыжниками, не знал о смерти Хельги Нильсон?
— О девушке, — пояснил Хейз, — Хельге Нильсон.
— Что с ней случилось?
Хейз достаточно хорошо играл в бейсбол, чтобы не торопиться бросать мяч прежде, чем прощупает противника.
— Вы с ней знакомы? — спросил он.
— Конечно, знаком. Я знаю всех лыжных тренеров. Ее комната здесь, в конце коридора...
— Кто еще здесь живет?
— Зачем вам?
— Хочу знать.
— Только она и Мэри. Мэри Файрс. Тоже тренер. И... да, и новичок. Ларри Дэвидсон.
— Он тренер? — спросил Хейз. — Такой высокий?
— Да.
— С горбатым носом? С немецким акцентом?
— Нет, нет. Вы говорите о Гельмуте Курце. Тот говорит с австрийским акцентом. — Уландер помолчал. — А... зачем это вам?
— Между ним и Хельгой что-нибудь есть?
— О, этого я не знаю. Они тренируют вместе, но...
— А Дэвидсон?
— Вы про Ларри Дэвидсона? То есть хотите спросить, встречается ли он с Хельгой?
— Да, именно об этом я хочу спросить.
— Ларри женат, — сообщил Уландер, — так что я не думаю...
— А вы?
— Не понял.
— Вы и Хельга. Есть что-нибудь между вами?
— Хельга — мой хороший друг, — заявил Уландер.
— Была, — поправил Хейз.
— А?
— Она мертва. Сегодня днем погибла в горах.
Вот когда Хейз бросил мяч — и попал в цель.
— Боже... — пробормотал Уландер, и челюсть его отвисла. Он покачнулся, шагнул назад и наткнулся на туалетный столик. Костыли упали. Пытаясь сохранить равновесие, он взмахнул ногой в гипсе и едва не упал. Хейз поймал его за локоть, нагнулся за костылями, подал. Уландер все еще не пришел в себя. Он, не глядя, протянул руку, нащупал костыли и снова уронил. Хейз опять их поднял и сам засунул под мышки Уландеру, который оперся на туалетный столик и уставился невидящим взглядом на противоположную стену с рекламной афишей о развлечениях в Кинбели.