— Конечно, но это не имеет совершенно никакого значения.
«Ничто не имеет значения, — подумал Хейз. — Только вот кто-то вешает молодых девушек на фонарных столбах».
Наверное, он позвонит Энни Ролз, потому что ему захотелось побыть рядом с женщиной, которая одновременно была и полицейским. Ему захотелось отдохнуть немного, и чтобы при этом не надо было объяснять, что за адская у него работа. Ему захотелось побыть рядом с тем, кто знает, что такое мерзость. Сначала он подумал, не позабавиться ли с Дороти Хадд; жемчужные бусины, ловкие пальчики и все такое. Он даже нашел ее номер в телефонном справочнике. Д. Хадд: почему это, интересно, женщины всегда скрываются в справочниках за инициалами, ведь это только привлекает ходоков. И даже набрал первые две цифры, но затем повесил трубку. Ему не хотелось встречаться просто с женщиной в день, когда появился подозреваемый, и какой! Только у него прекрасное алиби.
Вместо этого он позвонил на центральную, представился и сказал дежурному, записавшему его имя и должность, что ведет дело с детективом Ролз из отдела по расследованию изнасилований; в считанные минуты он получил ее домашний телефон. «Она, наверное, замужем», — подумал Хейз, набирая номер. Правда, обручального кольца вроде не было. Но может, на такой работе обручальные кольца не носят. В трубке послышались гудки.
— Да, — раздался женский голос.
— Мисс Ролз?
— Да, я.
— Коттон Хейз.
— Кто-кто?
— Хейз. Из Восемьдесят седьмого. Вы у нас были на прошлой неделе по поводу этого случая изнасилования. Мы перекинулись парой слов...
— А, верно. Привет, Хейз. Рыжий.
— Он самый.
— Ну и как, поймали?
— Кого?
— Насильника.
— Нет. Сегодня во второй половине дня заходила Эйлин Берк. Ее вроде назначили.
— Знаю.
— Но, по-моему, она начинает только завтра.
— Верно. Я просто надеялась, что вдруг молния ударила сегодня или вчера.
— Увы.
Наступило молчание.
— Ну ладно... э-э... Какое-нибудь дело?
Хейз заколебался.
— Алло? — подула в трубку Энни.
— Да-да, я здесь, — он снова помолчал. — Слушайте, вы замужем или как?
— Или как.
Хейзу показалось, что она улыбается.
— Вы уже ужинали? Сейчас начало восьмого, так что, может быть...
— Нет, еще не ужинала. — Теперь-то она точно улыбалась. — Вообще я только вошла.
— Так как насчет... а?
— С удовольствием. Заедете за мной сюда или встретимся где-нибудь?
— В восемь вас устроит? — спросил Хейз.
Они поужинали в китайском ресторане, а потом зашли к Энни домой. Она жила в старом кирпичном здании на Лэнгли Плейс, недалеко от Тридцать первого, одного из старейших участков города, где в подвалах до сих пор топили углем. Она сказала, что, конечно, это благодаря ей, то есть тому, что она живет здесь, за последние три года в доме не было ни одной кражи. Наверняка, заметила она, разливая коньяк, публика прознала, что здесь живет женщина-полицейский.