У забора они заговорили о деле: какие у барана привычки, откуда у него шрам на левой ноге. На каком-то этапе беседы Эмма заметила, что Станнелы то и дело бросают взгляды на высокого мужчину вдалеке. Эмма готова была помереть со смеху, но при этом Станнелам ничего не показывала, боясь их обидеть. Тоже мне, раскатали губу. Они хотели, чтобы виконт Монт-Виляр собственной персоной срубил им елку. Хотя, если подумать, можно приспособить для этого дела его кучера.
Между тем баран оказался взрослым и весьма хулиганистым субъектом. Эмма не поняла из предварительного разговора, какого барана ей пытаются продать. Она бы предпочла животное помоложе и поспокойнее, с которым было бы меньше хлопот. Когда она сказала Станнелам, что их баран не совсем то, что она хочет, слегка смущаясь от того, что не определилась в своем мнении раньше, они почти не обратили внимания на ее слова. Они оба во все глаза пялились на высокого мужчину возле восьмерки лошадей. Он оставил пальто в карете — ему показалось, что на улице слишком тепло. Он был высоким, очень высоким — его рост позволял опереться локтем о высокое колесо кареты, о которое он рассеянно стучал пальцем.
Кучер сидел сгорбившись на своем сиденье, и, приглядевшись к нему попристальнее, Эмма поняла, что он всего на дюйм выше, чем Эмма. Оба лакея Стюарта стояли на запятках, худенькие, молоденькие, меньше двадцати, оба хлипкого сложения.
Старики были правы. Если бы Эмме нужно было выбрать человека, чтобы тот срубил ей дерево, выбор пал бы, Конечно, на Стюарта. Эмма с интересом наблюдала за тем, что будет дальше. Она не знала, как сказать им, что тот высокий крепкий мужчина носит огромное число титулов и распоряжается семьюдесятью семью слугами, что он даже дверцу собственной кареты открывает не сам.
Мод Станнел помахала ему рукой.
Стюарт заметил и замер. Он взглянул на своего кучера. Эмма была уверена, что он пошлет именно его. Но он не послал. Он понял, что они хотят что-то именно от него, Стюарта Эйсгарта. Черт, если бы он сейчас не подошел к ним, Эмма бы его поняла. Ей вообще нравилась его высокомерная манера поведения. Ей совсем не хотелось представлять его. Она не знала, как объяснить их знакомство. И что бы она ни сказала, все будет передано Джону, а от него разойдется и по всей деревне. О, как замечательно!
Стюарту пришлось бы перепрыгнуть через забор, чтобы оказаться рядом с ними. Или обойти дом. Стюарт предпочел первый вариант. Приблизившись к забору, он снял шляпу, затем, одной рукой опираясь о жердь, ловко перемахнул через ограду. Эмме его маневр показался настолько полным невыразимой грации, что она готова была наблюдать за тем, как он скачет через забор, и десять раз, и двадцать. Давай, Стюарт, покажи им еще раз!