— Ты заглядывала в сегодняшнюю «Сан»? — спросила Жаннет.
— Да, но меня это не колышет. — Все таблоиды печатали гадости про нее, писали, что у Элизабет Сэвидж нет чувства долга. — Я собираюсь в Клостерс, мы с Гансом завтра начинаем настоящую работу, — бросила она легким тоном.
— Значит, и картинки с собой возьмешь?
— Да. — Девушка улыбнулась, вспомнив кучу рекламных макетов.
Каждую свободную от лыж минуту Элизабет тратила на «Золото Дракона». Скоро в Цюрих приедет Нина Рот, и Элизабет хотела показать ей кое-что.
— Я думаю, тебе ни на что нельзя отвлекаться: только лыжи, и больше ничего, — поучительным тоном заявила Карен. — Ты не правильно себя ведешь.
Элизабет поджала ноги, потом расслабилась, потянувшись.
— Английские регбисты работают в банках. Салли Гуннель трудится полный день. Джейн и Крис тоже. Это ведь любительский спорт. Не профессиональный.
— Любительский, да, конечно, — пробормотала Карен.
И тут-то Элизабет накинулась на нее.
— Слушай, ты думаешь, что можешь кататься лучше меня? Мне незачем столько тренироваться, сколько тебе, Карен. Потому что я катаюсь вдвое лучше тебя. Ты можешь открыть супермаркет, писать колонки в «Космо».
А я приехала сюда, чтобы сделать что-то стоящее для Британии. У тебя нет никакого шанса — никакого! — даже если ты целый год не будешь снимать лыжи! Даже если станешь спать в них! Убирайся ко всем чертям!
И Элизабет ринулась мимо нее к лифту.
— Заносчивая корова, — процедила Карен ей вслед.
К Карен подошла Кейт Кокс.
— Не беспокойся. Луиза Левьер ее достанет. Я слышала, она тренируется с Францем Кламмером. А эта пускай радуется, если получит хотя бы бронзу.
Жаннет посмотрела на брошюру о лыжах, украшенную олимпийскими кольцами. С обложки смотрело загорелое лицо Джека Тэйлора.
— Не могу понять, что он в ней нашел.
— Да не так уж много, — весело сказала Карен. — Он ни разу ей не звонил в отель. Я проверила у оператора, представившись леди Элизабет Сэвидж.
— Не может быть!
— Правда, я не вру. Ты ведь знаешь его репутацию.
Найти, победить, воспользоваться и забыть навсегда. Он с ней поразвлекся. Снял с нее штаны — и конец любви.
— Ты так думаешь?
— И она слишком легко его получила, такое не длится слишком долго, — добавила Карен. — Попомни мои слова.