— Позволите ли мне сопровождать вас на ужин, миледи?
Дэвон сделала глубокий реверанс, бросила на него кокетливый взгляд и в тон ему ответила:
— Какая честь для меня, милорд!
Она взяла его под руку, и они с подчеркнутой торжественностью двинулись к двери. Но нет, он не мог удержаться на таком официальном уровне: слишком манили к себе ее губы. Хотя бы на одну секунду ощутить их сладость! Он наклонился к ней, и как будто электрический разряд пронизал все его тело. Охрипший голос выдал его состояние.
— Ах ты, мой сладенок! С тобой забудешь и об еде, и обо всем остальном!
Ответом ему было явственное бурчание в желудке у Дэвон. Он улыбнулся, признавая свое поражение. Его время придет позже. — Да, выходит, я на тебя действую не так, как ты на меня, миледи.
— Выходит, что мне нужно поесть, чтобы поддержать себя… и твой темп, — рассмеялась Дэвон. Она совсем не чувствовала никакой неловкости в его присутствии.
— Верно. Но учти — я тебя предупредил. Чем больше возьмешь за столом, тем больше придется отдать в постели.
Хантер открыл дверь и кивнул Дэвон.
— Вперед и приятного аппетита, дорогая!
Обеденный зал гостиницы был одновременно и чем-то вроде клуба для моряков, которые сходили на берег с жаждой рома и женщин Веселый гам резко оборвался, когда Хантер и Дэвон вошли в зал и направились к столу, зарезервированному Хантером. Служащие, моряки, туземцы — все устремили глаза на Дэвон. Тут не было принято скрывать свои эмоции, а тем более за них извиняться. Они смотрели на нее с жадностью; каждый хотел бы оказаться на месте ее спутника, каждый ярко представлял себя, как бы это могло быть с ней в постели. Все эти рискованные мысли они, однако, держали про себя. Они отнюдь не собирались как-нибудь задевать человека, который лишил их общества этой красотки. Выражение его лица и шпага на боку были достаточным предупреждением против всяких попыток вторжения на его территорию.
Дэвон стало неловко — ее не обмануло и то, как несколько моряков с подчеркнутой поспешностью обратили свое внимание на свой ром и разносивших его служанок. Она беспомощно взглянула на Хантера и увидела, как он улыбается.
Она покраснела и опустила глаза на бокал с вином. Потрогала его оловянную ножку — как будто ее страшно заинтересовала техника обработки металла.
Хантер взял ее за руку, положил ее в свою, наклонился к ней.
— Они так уставились, потому что ты такая красивая, Дэвон. Нет мужчины, который не отдал бы все, чтобы очутиться сейчас на моем месте.
От его комплимента ее румянец стал еще гуще. Она посмотрела в его глаза. В них было желание — но это было отражение ее собственной страсти. Она попыталась найти нужные слова, чтобы сказать Хантеру о тех чувствах, которые он в ней вызывал, но тут у их стола раздался грубый голос: