Паша знал, что такое турецкие пытки, и нахмурился:
— Он выживет? Никое кивнул.
— Кризис миновал. Он поправляется. Благодаря вам. Дипломаты мялись и медлили. Консул боялся, что Измаил-бей подвесит его за яйца, если он вызволит Гюстава. Но в делах с турками и албанцами деньги всегда играли решающую роль. Мы доставили Измаил-бею пять тысяч грошей, чтобы он закрыл глаза на исчезновение одного пленника.
— Как скоро Гюстав сможет уехать домой?
— Возможно, недели через две. Врачи в лазарете его не отпускают. У него на ноге от оков образовалась глубокая рана.
Когда Паша навестил Гюстава, тот даже сумел изобразить подобие улыбки.
— Мари будет счастлива видеть тебя целым и практически невредимым, — сказал Паша улыбаясь. — Это она позаботилась о твоем спасении.
— Вместе с твоими людьми и деньгами. Спасибо, — поблагодарил Гюстав.
Теперь, когда водянка прошла, было видно, как сильно он похудел. В глубоко запавших газах появилась настороженность.
— Никое сделает все необходимые приготовления, чтобы отправить тебя домой, как только врачи позволят тебе покинуть госпиталь, — сообщил Паша, присаживаясь возле кровати. — Мари будет счастлива.
Настороженность во взгляде Гюстава тотчас уступила место теплому расположению.
— Только воспоминания о ней помогли мне выжить в этом аду, — прошептал он.
Паша подумал, что это целиком и полностью заслуга самого Гюстава, он не сломался под пытками, не сдался.
— Я сказал ей, что мы обязательно научим ее ходить под парусом, когда ты вернешься. Как ты считаешь, это выполнимо?
Гюстав издал хриплый смешок.
Только не в этой жизни. Она нас скорее потопит.
— Скажи ей, когда увидишь, что я не забыл о своем обещании. Я скоро уезжаю в Наварин. Передам Макрияннису от тебя поклон.
— Полагаю, ты слышал, что войска Ибрагима совсем не похожи на армию султана. Они могут представлять реальную угрозу, — предупредил Гюстав друга.
— Благодаря французским офицерам Ибрагима. Что ж, будет нелегко целиться в соотечественников.
Гюстав покачал головой.
— Не будет, если они сражаются за турок. Нужно просто нажимать на спуск. Береги себя, Паша, — произнес Гюстав. — Не дай им сделать то же самое с тобой. — Его глаза затуманились слезами.
— Я буду крайне осторожен, — заверил его Паша, готовый в скором времени подставить себя под пули и клинки армии Ибрагима. — Не беспокойся обо мне. Никое получил приказ неустанно следить, чтобы ты исправно выполнял все распоряжения врачей, — продолжал он с улыбкой. — Мари ждет не дождется твоего возвращения.
— Как только вернусь в Париж, женюсь на ней, несмотря на то что моя семья против.