Натянув простыню на грудь, она приподнялась на локте.
— Я знаю, что ты уже проснулся, Камерон. Он вздохнул и, открыв глаза, улыбнулся. Она возмущенно надула губки.
— Что это тебя рассмешило?
— Помнишь, как ты однажды сказала Эйлин, что поцеловала жабу и тебе было противно?
— Ну и что?
— Мне показалось, что вчера тебе не были слишком противны поцелуи этой жабы. — Он расхохотался, а она покраснела до слез.
— Что такое? Неужели я ошибся? Очевидно, чтобы доставить тебе больше удовольствия, мне придется тренироваться. Это похоже на владение мечом: чем больше практикуешься, тем лучше получается…
Он схватил Мередит и водрузил на себя.
— По-моему, ты идеально владеешь мечом, — сказала она, глядя на него сверху вниз.
— В таком случае мне надо найти ножны для своего меча, — вкрадчиво произнес он.
Он давился от смеха, наблюдая, как смысл сказанного постепенно доходит до нее, потому что его «меч» в тот момент уютно устроился между ее бедер. Волна желания прокатилась по его телу. Черт возьми, она возбуждала его, как ни одна женщина! Заметив, как округлились у нее глаза, он понял, что ей приятно доказательство его готовности.
С большой неохотой он наконец отпустил ее. Он проследил за тем, как она соскользнула с кровати, и, не отрываясь, смотрел, как она моется. К его великому сожалению, она не повернулась к нему лицом — он понимал, что сделать это ей не позволяла скромность, — и ему пришлось удовольствоваться мелькнувшими на мгновение округлостями грудей, когда она натягивала на себя платье. Лишь после того, как она оделась, он встал с кровати. Пока он мылся и одевался, она обследовала суму, которую он принес с собой, и извлекла оттуда хлеб и сыр.
Когда они поели, она стряхнула с колен крошки и спросила:
— Чем мы будем сегодня заниматься?
Черная бровь поползла вверх. Ее невинное замечание таило в себе вызов. У Камерона взыграла кровь. Он хотел ее с такой страстью, что это удивляло его самого. Будь его воля, он так и остался бы в этом домике и, уж если говорить откровенно, никогда не покинул бы постели. Он не хотел лишь одного — напугать ее снова.
Он поднялся и направился к двери, жестом пригласив ее следовать за собой.
— У меня есть идея, — сказал он, таинственно подмигнув.
Он повел ее по тропинке в глубь острова.
— Камерон, откуда тебе известно о существовании этого домика?
— Моя мать родилась здесь, — ответил он. — Ее семья много лет обрабатывала эту землю. Теперь здесь никто не живет.
Мередит огляделась вокруг. Они поднялись на невысокий холм. Позади о берег бился прибой, впереди виднелась цепь холмов, покрытых яркой зеленью.